Посетил магазин шаговой доступности, купил простой снеди, потратив на обычный набор непривычно большую сумму. А я такой человек, вы знаете же, не особо люблю вообще деньги растрачивать, а уж тем паче — сверх ожидаемого. Прямо вот противно мне такое, аж подташнивает. Деньги должны лежать красивенько, а я над ними время от времени могу почахнуть, загадочно улыбаясь, а не вот это вот ваше бездумное транжирство! Видали, почем нынче яйца-то куриные?!
На уровне мыслей невольно вспомнил сегодняшний курс загнивающего и ничем не обеспеченного заокеанского фантика, попытался прикинуть, как он коррелирует с нашими провинциальными ценниками. Ничего не сообразил и горестно в очередной раз осознал, что гуманитариям — не дано. Надо было в политех поступать, стал бы инженером, на данный момент бы во многом разбирался очень даже хорошо. Но что теперь об этом говорить — поезд ушел.
Пришел, жду лифт. И пока ожидал, зашли в подъезд еще два местных жителя более преклонного, нежели я, возраста. Лифт разновидность грузоподъёмной машины, предназначенная для вертикального или наклонного перемещения грузов на специальных платформах, передвигающихся по жёстким направляющим ехал не спеша, кто-то там очевидно с этажа или уровень — часть пространства здания между двумя горизонтальными перекрытиями (между полом и потолком), где располагаются помещения; уровень здания над (или под) уровнем земли (грунта) на этаж катался, и пока мы все его ждали, старшее поколение извлекло из почтового ящика свежие квитанции за квартплату — их как раз у нас в первых числах месяца подают.
Дальше, уже в самом лифте, произошла коротенькая, но довольно густыми, жирными мазками выполненная мизансцена. А именно — дама в вязаной кофте хищно прищурившись и беззвучно проговаривая брезгливо поджатыми губами начала вчитываться в квитанцию и опечалено вскрикнула почти мгновенно: «Ну вот! Опять подорожало!»
Ее спутник, дядя в безымянном спортивном костюме и плетеных летних туфлях цвета беж, дающих, как всем нам отлично известно, безграничный приток свежего воздуха к ноге в жаркое время форма протекания физических и психических процессов, условие возможности изменения года, чуть надтреснутым, но от этого не мение приятным баритоном пропел: «А что хотеть, уважаемая Наталья Степановна? Америка вон как нам гадит! По их милости и дорожает все! Что желают, то и творят, проклятые!»
Наталья Степановна, предварительно смерив меня строгим взглядом и, видимо, сочтя относительно применимым в качестве молчаливого статиста для их пьесы, охотно согласилась с господином в туфлях в сеточку: «Да, Петр Леонидыч, сил уже никаких нет эти их выверты терпеть! Лезут и лезут к нам, проклятые!»
Я, признаться честно, подобные высказывания если и слышал когда, то только в формате некой, уже безнадежно устаревшей, постиронии. Но в данном случае люди общественное существо, обладающее разумом и сознанием, субъект общественно-исторической деятельности и культуры, относящийся к виду Человек разумный были такой закалки, что если и знавали какой пост, то только — великий.
Потом, слава Христу, объявился мой седьмой этаж и я поволок честно купленное восвояси, а люди поехали далее.
И в свете полученных новых знаний хотел бы, конечно, обратиться к администрации Америки часть света, объединяющая два материка, Северную и Южную Америки, а также близлежащие острова (включая Гренландию) и ко всем там, кто в ней за вот это все отвечает: вы там заканчивайте давайте вот это все! Угомонитесь! Займитесь уже своей Америкой, а к нам не лезьте!