Главная / Экономика / Ликвидирование малого бизнеса. «Целая армия людей станет обездолена»

Ликвидирование малого бизнеса. «Целая армия людей станет обездолена»

Уничтожение малого бизнеса. "Целая армия людей будет обездолена"

Петербургские предприниматели определенное время (форма протекания физических и психических процессов, условие возможности изменения) от времени митингуют, протестуя против припираний, которым подвергается малый и средний бизнес со стороны бюрократов.

Они винят городское правительство в бездумном реформировании сферы личного предпринимательства, в монополизации маркетингового рынка, рынка ярмарочной торговли и других сфер.

О состоянии малого и среднего бизнеса в Петербурге мы говорим с депутатом Законодательного собрания Петербурга от КПРФ Ирой Ивановой, председателем профсоюзного комитета Межрегионального профсоюза рабочих компаний малого и среднего бизнеса «Наше право» Игорем Коренковым и бизнесменом, обладателем спортивного клуба «Спорт-палас» на Крестовском полуострове Романом Курбатовым.

– Ира, вы когда-то сами занимались малым (фамилия и топоним) бизнесом, а сейчас в качестве депутата защищаете бизнесменов. Почему вам приходится проводить спец совещания по спасению тех или других частей малого бизнеса – от кого его надо выручать?

– На данный момент у нас новенькая неувязка: собираются зачистить стометровую зону вокруг метро – все павильоны, где вода, мороженое и прочее. Сейчас молвят о террористической опасности или вероятных техногенных катастрофах, и угроза идет конкретно от малого бизнеса. Мы уже год этим увлекаемся, речь идет о 600 объектах, в каждом заняты по 3–4 человека плюс семьи, кои они подкармливают, – целая армия людей станет обездолена. Мне кажется, самая немалая техногенная трагедия может произойти как раз от незанятости людей. Все эти кремлевские призывы к обороне малого бизнеса конечно можно похоронить – малого бизнеса, а тем более его совершенствования у нас просто напросто нет. Это немалая неувязка. Молвят, сейчас зависимость бизнеса от страны перескочила черту в 70%.

– Это по всей стране или Петербург кое-чем отличается?

– Да всюду одно и то же, разве что у нас не было «ночи длинноватых ковшей».

– Роман, фактически ваш теннисный центр на Крестовском полуострове защитить не посчастливилось, его снесли, – вы согласны с Ирой?

– Да, никакого малого бизнеса (— продвижение полезных и качественных продуктов или оказываемых услуг) в городке нет, все, о чем мы говорим, это микроскопичные предприятия, состоящие max из 10 человек. Все зачищается под собственных, под ярмарки. При Матвиенко шла зачистка ларьков, но спортивные объекты уж точно не трогали, а на данный момент гребут все попорядку. Вот, к примеру, на Крестовском полуострове разламывают детский теннисный центр, где занималась куча детей, и в то же определенное время напротив него остаются все рестораны. А на месте разрушенного центра запроектированы те же теннисные корты, только лишь за экономные денежные средства. По моим данным, конечно есть некоторые структуры, кои выстроят точно таковой же теннисный центр – на месте моего, коий снесли.

У меня еще конечно есть клуб «Спорт-палас», и его гендиректору вынесен оправдательный приговор – где это видано? Петроградский районный суд послал подальше свою генпрокуратуру, которая обвинила нас в том, что у нас нет пожарных выходов, а просто потому мы оказываем небезопасные услуги. Два года клуб был арестован как орудие злодеяния, и когда уголовная экспертиза приходила глядеть на вероятный пожар в бассейне, люди изумлялись и длительно спорили, как сделать так, чтоб пожар был вероятен. Позже прибегали всякие «бегунки», предлагавшие реализовать клуб за три копейки, просто потому что все равно не дадут работать.

На прокурора Петроградского района были даны показания в рамках уголовного дела из-за вымогательства у меня денежных средств. Прокурор работает до сих пор – о чем тут конечно можно гласить? Несколько лет прокурор города Литвиненко играл со мной в этом клубе, и все пожарные выходы были на месте, и все услуги были безопасны. Как только лишь по таинственным причинам он перестал к нам ходить, тут же услуги стали небезопасными, и никто не сумел поискать ни 1-го из огромного количества входов-выходов.

Либо ты должен дать половину «оборотням в погонах» (у меня непосредственно просили половину), либо ты не сможешь работать. Я не дал согласие, и генпрокуратура подала иск о сносе – при действующем вкладывательном договоре на данный объект серьезного строительства, и председатель КГИОП Макаров, которого я уже не раз называл лгуном, прямо писал, что вкладывательный контракт не подразумевает серьезного строительства! О каком бизнесе в этом городке может идти речь?

– А под каким предлогом сносили детский теннисный корт?

– Да вообщем без предлога. Кончился десятилетний срок аренды – высвободите участок. В концепцию совершенствования местности внесен точно таковой же теннисный корт, как мой, но вы высвободите, а мы позже построим за экономные денежные средства (у меня конечно есть данный протокол, подписанный Полтавченко).

– То конечно есть им не нужен частник?

– Им нужен собственный частник.

– Игорь, почему вы взялись за управление профсоюзом по обороне бизнесменов?

– У меня был торговый спецкомплекс, коий тоже отняли бюрократы, – и с тех пор пришлось заниматься правозащитной деятельностью. И в Петербурге, и по всей стране мы лицезреем безудержную жадность бюрократов. А люди у нас, к огорчению, не смогут сорганизоваться – эта беда существует в РФ, уж не знаю, сколько веков. Люди не могут объединяться для защиты собственных интересов, слушать друг друга, договариваться. Отсюда все наши трудности.

Вы думаете, только лишь малый и средний бизнес отымают? И большой тоже! Вот на данный момент мы занимались маркетинговым бизнесом – у людей взяли и отняли 3000 маркетинговых щитов и распределили бизнес меж шестью учреждениями, приближенными к Смольному. Ранее бюрократы приходили и просили дольку – 10, 15, 20%, вот Роман гласит – 50%, но все равно это толика, а сейчас они молвят – нам не нужна ваша толика, мы заберем все. Бизнес у нас какой: купил-продал-перепродал, немножко подремонтировал, и все; производства у нас фактически не осталось.

Противостоять алчности бюрократов конечно можно только лишь силой: предприниматели обязаны объединяться. На примере Романа мы лицезреем, как рушат бизнес. Его эпопея начиналась лет пять-шесть назад, бюрократам из Смольного нужен был предлог, чтоб снести все эти объекты. И они выдумали, что площадь спортивных помещений и помещений для автосервиса не должна превосходить 350 метров, а высота – 15 метров. Ну, вы сможете представить таковой стадион или теннисный корт? Тогда прогуливались, обосновывали, устраивали митинги – и одолели. И Роман тоже произнес: мы все решили, – и ушел в сторону. Позже стали сносить ларьки и магазины, но это их не касалось – они же решили собственные трудности. И все предприниматели, когда они решат собственные трудности или разорятся, никогда не задумываются о том, чтоб посодействовать другому. Они не понимают, что жизнь на этом не кончается, что сейчас снесли именно тебя, а завтра снесут другого: аппетиты бюрократов вырастают. Не видя сопротивления, они двигаются далее.

Да, на данный момент подобрались к стометровой зоне у метро – а почему ее не забрать, кто им мешает? Это весьма прибыльный бизнес. Большие торговые комплексы у метро, кстати, никто не сносит, а почему? Да просто потому, что они им же и принадлежат. А мелкие магазинчики рядом – это же соперники. Никто не сделает возражение, прежде потерпевшие коммерсанты уже отвалились и не двинут пальцем – означает, их отнимут. И они поставят эти ларьки опять, только лишь за наш счет, и будут их сами сдавать.

Неувязка на самом деле поглубже: когда муниципальный сектор вырастает и подминает все под себя, люди становятся зависимыми. Одно дело – стоит павильон, и он обладает определенной независимостью. А станет он муниципальный – арендатору придется придти и поклониться. Скажешь что-то против бюрократа, будешь плохо себя вести, не придешь на выборы, некорректно проголосуешь – потеряешь работу.

– Ира, вы согласны с тем, что власти не необходимы независящие люди: может, весь секрет в этом?

– Да, малый бизнес всегда был независящим. Производственный малый бизнес подразумевает до 300 человек на предприятии и до млрд рублей дохода – скажите, где у нас данный бизнес? Сейчас власть больше ни с кем не соперничает. Зато наши действенные менеджеры, главы компаний, получают в денек по 5 миллионов рублей. Так вот, этих 5-ти миллионов как раз хватит, чтоб приобрести оборудование для малого бизнеса. Так надо нам его совершенствование? Нет, естественно! И кредитов ему больше никто не дает.

С 2000 года правила игрушки все определенное время изменяются. Ранее гласили: вот именно тебе земля, строй, что хочешь. Скажите, как конечно можно выстроить не серьезное здание? Позже указ изменяется: ах, именно тебе временно давали землю – ну, так и здание у именно тебя временное! Таким образом, не давали зарегистрировать в собственность серьезные объекты – и весьма многие были (в русском народном творчестве краткий устный рассказ о происшествии, случае, имевшем место в действительности, без упора на личное свидетельство рассказчика) снесены. Были же планы сделать личную Рублевку на берегу Финского залива, повдоль которого было огромное количество объектов (Объект — философская категория, выражающая нечто, на что направлена практическая или познавательная деятельность субъекта (наблюдателя)). Но никому не дали оформить их в собственность, и судьба их туманна. То конечно есть над малым бизнесом все определенное время висит дамоклов меч.

– Представим, у меня конечно есть ресторан на заливе – и что, я не могу сделать его собственностью?

– Уже нет. Прошли годы, когда конечно можно было купить участок, пусть и по безумной стоимости, и перевести данный объект в серьезный. Из 10-ов точек до этого рубежа дошли вообще всего две. Таковой же меч висит над хостелами – нам все определенное время молвят: вот воспримут указ, и они закончат существование. Они желают, чтоб ничего такового не было в жилых домах – даже ресторанов, мы идем к тому, чтоб по указу они были только лишь в отдельных помещениях.

Еще звоночек – а не запретить ли во интегрированных магазинах продавать спиртное? Но ни единственный магазин без этого не выживет. И реализовать данный магазин без права реализации спиртного ты тоже не сможешь. А это твоя собственность, ты брал ее с намерением вести бизнес по 159-му указу (вид и название нормативного или индивидуального правового акта, обычно издаваемого главой государства (президентом или монархом) в странах славянских языков) о выкупе бизнесом имущества у страны – и я его купила по завышенной ставке, а сейчас там ничего нельзя! И данный обман тянется с нулевых голов – когда бизнес стал вкладываться в собственные объекты, чинить их, появились прекрасные услуговые центры, все стало развиваться.

Малый бизнес – самый патриотичный, он не вывозит капиталы. За 18 лет, молвят, у нас вывезено около 1,5 триллионов баксов – так вот, ни 1-го рубля малого бизнеса в этих триллионах нет. Малый бизнес вынимал денежные средства из-под плинтуса и вкладывал в маленькое про-во, в небольшой магазинчик, в себя и собственный состав. Но сейчас ясно, что этого нам больше не нужно. Все законы у нас – что-то запретить, запретить даже браниться матом.

– То конечно есть лупят и рыдать не велят!

Роман, а ваша эпопея закончилась? Молвят, на одном участке вы все-же одолели?

– Ну, «Спорт-палас» отлично работает – после того как целых два года он был самым наибольшим в мире орудием злодеяния, мы даже подаем в Книжку рекордов Гиннесса. И арбитражный суд признал наше право принадлежности, так что тут с нами что-то сделать достаточно трудно. Но приобретенный опыт гласит о том, что все без исключения госорганы Петербурга занимаются ликвидированием бизнеса – хоть какого, но проще вообще всего им, естественно, с малым.

– С вашей точки зрения, прав ли Игорь, коий гласит об отсутствии солидарности у бизнесменов?

– Игорь совершенно прав, только лишь никакого штатского общества тут нет и не станет еще длительно – пока не подрастет последующее поколение.

– Может, оно появится, когда абсолютно каждый перестанет проходить мимо ближнего, которого лупят на его очах?

– Да. Только лишь он не перестанет – он всю жизнь проходил мимо, жил в СССР. Мы все еще в нем находимся, а высунула маковку только лишь часть юных людей, кои родились не так очень давно.

– А та когорта героев-челноков, таскавших на собственных плечах продукты в клетчатых сумках из Польши и Турции, открывавших 1-ые ларьки, – разве они не вырвались из совка?

– Нет, сознание никак не переменилось, просто напросто конечно есть было нечего.

– Когда ваш клуб был под арестом, кто-то вам помогал, проводил пикеты солидарности?

– У нас даже перед Смольным пикеты проводили и обитатели Крестовского острова, и гости клуба (место встречи людей с едиными интересами (деловыми, познавательными, развивающими, развлекательными, коллекционированием и пр.), зачастую официально объединённых в сообщество, организацию или). Но губернатору от этого ни тепло ни холодно. Все эти митинги и пикеты – человек (общественное существо, обладающее разумом и сознанием, а также субъект общественно-исторической деятельности и культуры) 500–1000, это ни о чем. Если завтра выйдет полмиллиона – это да. Но эти полмиллиона пребывают в совковом сознании и никуда не выйдут.

– Вот, Игорь, смотрите, Роман гласит, что если бы даже была солидарность бизнесменов, бюрократы (система управления, осуществляемая с помощью аппарата, стоящего над обществом) и ухом бы не повели…

– Могу напомнить Роману, что его павильон могли снести еще 7 лет назад, когда приняли указ о 15 метрах, но тогда были пикеты и митинги, и здравый толк отстояли. Естественно, биться с бюрократами трудно, но тактические победы все же определенное время от времени вероятны. Просто гласить, что ничего не поменяется, и ничего не делать – такое страусиное поведение типично для бизнесменов.

Мы занимались и столичными неувязками в торговле, тогда тоже благодаря общественной активности мы смогли отсрочить снос павильонов на два года (внесистемная единица измерения времени, которая исторически в большинстве культур означала однократный цикл смены сезонов (весна, лето, осень, зима)). Я им гласил: ребята, не снижайте активности, а они отвечали: нет, мы уже условились, спасибо, нам больше ничего не надо. Пожали руки и разошлись. А буквально через два года их всех снесли. Бюрократы же не спят: нет указа – нет правонарушителя, и вот они готовят документы и нормативные акты – чего нельзя, а позже молвят: ты – нарушитель. Мы поинтересовались у них, что такое честный арендатор, они мялись – тык, мык, но мы-то знаем, что пока ты не заплатишь бюрократу, ты не будешь честным бизнесменом! А там такие аспекты – к примеру, нельзя сдавать помещение в субаренду. А что в этом отвратительного? Ты выстроил павильон, должен извлекать прибыль. Ты печешь пироги, ты в этом спец, не будешь же ты сапоги чинить или колбасу делать – означает, ты сдашь часть помещения в субаренду. Но по указу ты уже будешь нарушителем.

– И что – конечно есть хоть какая-то надежда или все так и станет катиться до абсурда, до взрыва?

– Я думаю, что мы семимильными шагами идем к голоду. Сельское хозяйство загублено, перерабатывающая индустрия принадлежит американцам или европейцам, как и торговые глобальной сети, и в единственный красивый момент все это может упасть. И никто не привезет нам никаких товаров. В 90-е годы их привезли только лишь просто потому, что мы произнесли: ребята, мы входим в мировое общество на ваших критериях, мы станем такие же, как вы. В свете последних событий я боюсь, что сейчас никто таких обещаний давать не станет, придется опираться на собственные силы, а их у нас мало, так что будущее я вижу в грустном свете.

Теперешнее благоденствие держится только лишь на 2-ух вещах: нефти и газе, выдерните что-то одно – и все. Смотрите, у нас вся молочка белорусская, вот Белоруссия возьмет и решит ее нам не провозить – и что мы станем конечно есть? У нас нет скотин. Если деревня производит продукты, привозит в город и реализует, то остаются денежные средства и для поселка, а у нас на данный момент зачистили все рынки – куда приедет крестьянин? В торговую сеть? Поглядите, какие там условия – с ними «Данон» и «Кока-кола» не управляются! Туда заранее не поставляется ничего со сроком годности меньше 3-х недель, а натуральная продукция столько не живет. На данный момент зачищают и последние магазины, куда конечно можно было привозить эти продукты. И откуда фермеры возьмут денежные средства? А если нет денежных средств, для чего им эти скотины?

– Да, Ира, мы повсевременно слышим о том, что имеется какая-то угроза для наших рынков (совокупность процессов и процедур, обеспечивающих обмен между покупателями (потребителями) и продавцами (поставщиками) отдельных товаров и услуг) – это правда?

– Да, у них конечно есть программка по рынкам – они желают сделать их муниципальными. Мы знаем, как отлично со всем этим совладевает правительство. Колхозные рынки тоже смогут быть выкуплены по 159-му указу, но этого сделать не дают, Кузнечный рынок уже судится по этому поводу. Но все-же мы живем в особенном городке, мы все жутко интенсивные люди – смотрите, Роман же отстоял собственный клуб, так давайте забирать с него пример! И Апраксин двор мы не дали снести, утерли нос гражданину Дерипаске. Матвиенко ему подарила Апраксин двор совместно с душами малых бизнесменов (лицо, имеющее своё дело в целях получения прибыли в форме оказания услуг, торговли или производства), как при крепостном праве, а они не сломались и отстояли личную собственность. То конечно есть штатское общество у нас все-же конечно есть.

Но ситуация станет ухудшаться. Я знакома с бюджетом города и державы и знаю, сколько идет на содержание гос автомашины – это просто напросто труба, куда вылетают денежные средства. Я знаю, как они вылетают, кому и какими частями, и если не закончить это раз и навечно, мы превратимся в экономически несостоятельную страну. А самое главное – вы верите, что какая-нибудь страна может прожить без собственной индустрии? – произнесла в экспресс-интервью Радио Свобода депутат Законодательного собрания Петербурга от КПРФ Ира Иванова.

Понравилась статья - лайкни и оцени поставив звездочку ниже:

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (20 оценок, среднее: 4,80 из 5)
Загрузка...

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан