Новости России события в мире Новостной портал СМИ Россия
Китай одерживает победу в лунной гонке XXI века. Если полста лет назад конкуренция между сверхдержавами заключалась в принципе «поставить флаг и оставить следы», то сейчас на кону стоит длительный контроль над стратегическими ресурсами Луны.
Основным полем сражения стал Южный полюс — это единственная область, владеющая запасами водяного льда, который критически важен для производства топлива, кислорода и обеспечения жизнедеятельности неизменных баз.
Двухнедельная лунная ночь с падением температуры до -198°C делает традиционные солнечные панели, мягко говоря, недостающими для бесперебойной работы лунных станций. Поэтому первостепенное значение имеет установка лунного ядерного реактора.
Планы Artemis сокращены, сроки смещены
Ещё в начале 2026 года NASA и Министерство энергетики США с оптимизмом заявили о намерении запустить первый ядерный реактор на Луне к декабрю 2030 года.
Но, как сообщает газета New York Times, на практике проект столкнулся с резким уменьшением параметров из-за технологических проблем. Первоначальное техническое задание требовало от подрядчиков реактор с мощностью не менее 100 кВт, однако в текущей версии спецпроект сокращён в пять раз — до скромных 20 кВт (мощность, необходимая для всего лишь 15 частных домов) со сроком службы не более 5 лет.
«Реальная задача заключается не только в проектировании реактора, но и в безопасной интеграции его в ракету, запуске и, что самое главное, посадке на поверхность Луны без повреждений. Ничего подобного население земли ещё никогда не делало», — говорит французский ядерный физик и профессор Гонконгского университета науки и спецтехнологий Жюльен де Трульо де Ланверсен в комментарии France Info.
Некоторые американские компании активно работают над спецпроектом. Например, компания Blue Origin Джеффа Безоса представила 20-метровую модульную башню с вертикальными солнечными батареями.
Пекин обещает запустить лунную АЭС к 2040 году
На фоне беспорядочных попыток американских частников китайская программа демонстрирует безупречную системность. В рамках создания Международной научной лунной станции (ILRS), соглашение о которой Китай и Российская Федерация подписали ещё в 2021 году, был сформирован чёткий, поэтапный план.
Базовый этап (до 2035 года): посадка тайконавтов к 2030 году и развертывание ключевых систем связи, разведки и энергоснабжения.
Расширенный этап (до 2040 года): настоящее функционирование автономных исследовательских модулей.
Прикладной этап: промышленное использование местных ресурсов.
Главное преимущество китайско-российского альянса — рассредотачивание компетенций. В то время как Китай располагает самой надёжной серией лунных посадочных аппаратов («Чанъэ») и сильной ракетной базой, Россия привносит уникальные технологические достижения в области космической ядерной энергетики. СССР уже вывел в космос более 30 ядерных энергоустановок (серии «Бук» и «Топаз»), тогда как США за всю личную историю испытали на орбите лишь один реактор SNAP-10A в далёком 1965 году.
По оценке физика де Ланверсена, конкретно опыт СССР в сочетании с передовой китайской робототехникой предоставляет альянсу ILRS решающее преимущество: «Китай инвестирует в спецпроект колоссальные ресурсы и демонстрирует высокую точность своих лунных миссий».
Как работает космическое право
Формально интернациональный Договор по космосу 1967 года решительно запрещает национальное присвоение Луны и любых её частей под предлогом суверенитета или оккупации. Но развертывание атомных станций вносит в правоприменение тонкий нюанс, о котором звучит тревога в New York Times.
Абсолютно любой ядерный реактор требует создания зоны отчуждения и безопасности. Из-за низкой лунной гравитации (в 6 раз ниже земной) и отсутствия атмосферы в случае ЧП радиоактивные частички могут распространяться на десятки километров.
В результате страна, первой установившая работающий ядерный реактор в районе многообещающего ледяного кратера Южного полюса, на абсолютно законных основаниях объявляет прилегающую территорию радиусом в километры «зоной закрытого доступа».
Это значит установление фактического суверенитета. Аппараты других стран просто не смогут подойти к водным месторождениям из суждений радиационной безопасности.
