Главная / Общество / Почему Хабаровск не станет началом конца

Почему Хабаровск не станет началом конца

В РФ общественные протесты (протестом обычно понимают реакцию на общественную ситуацию: иногда в поддержку, но чаще против неё) часто значат не то, что им приписывают

Почему Хабаровск не станет началом конца0

Два дня митингов в Хабаровске, происшедших в выходные, перевоплотились в главное политическое событие, заставив забыть собственно судьбу арестованного губернатора края Сергея Фургала. Сам факт того, что на улицы краевого центра вышли практически 30 тысяч человек с протестными лозунгами, потряс воображение многих диванных профессионалов, оживил надежды внепарламентской оппозиции на то, что «народ просыпается».

Но насколько происходящее на Далеком Востоке отвечает мере удивления одних и ожиданиям других? Нет ли преувеличения и у первых, и у вторых? И как могут быть серьёзными последствия?

Обратимся к событиям последних лет — на том же Далеком Востоке. В сентябре 2018 года кандидат от партии власти Андрей Тарасенко не смог одолеть на губернаторских выборах в соседнем Приморском крае, которые превратились в звучный скандал и результаты которых пришлось отменять. Тогда тоже пошли митинги, подключились представители оппозиции — КПРФ и непарламентской из Москвы. А чем всё кончилось? Кремль взамен 1-го провалившегося губернатора-назначенца прислал другого назначенца — Олега Кожемяко. Повторные выборы в декабре провели уже с минимизацией всех рисков, Андрея Ищенко — претиндента от КПРФ, который чуть было не победил в сентябре, на них не допустили.

 

И избирательная кампания прошла как по маслу: Кожемяко получил собственные 62%. Никаких протестов против навязанного из Москвы кандидата, против нечестного недопуска на выборы и остального. Оказалось, что бурлящий вулкан очень легко можно успокоить жалкой подачкой, в данном случае — отменой итогов голосования и присылкой хорошего барина вместо недоброго. И всё — Приморье, по крайней мере на два года, пропало с протестной карты.

Почему в случае Хабаровска следует ожидать других результатов? Да, на Дальнем Востоке недовольство политикой центра — давно закоренелый элемент регионального сознания. Этому способствует множество причин. Но есть ли там представление о какой-то альтернативе, образ желаемого будущего, условно говоря, в виде Дальневосточной республики? Или, может быть, люди лицезреют альтернативу нынешнему политическому режиму в стране? Стоит ли принимать стихийно выплеснувшееся раздражение населения за какие-то длительные тенденции?

Да, арест губернатора, как оказалось, популярного, спровоцировал демонстрации и шествия, при этом назвать их в полной мере «стихийными», наверное, будет неправильно. Оперативно приготовленные плакаты, организация митингов были бы невозможны без инициативной группы, которую образовали ассистенты Фургала.

Почему Хабаровск не станет началом конца1Максим Блинов/РИА Новости

Думается, сторонники и сотрудники арестованного главы края сами не ждали такого резонанса. Менее всего он нужен был ЛДПР и Жириновскому. Бывшие гос чиновники из краевой администрации, спровоцировавшие шествия, сегодня уже сами призывают к сдержанности. ЛДПР поторопилась откреститься от демонстрантов в Хабаровске. А вот именно резонанс и стал «стихийным», показывающим градус раздражения людей. Но, повторимся, раздражение это ситуационное, абсолютный рефлекс на арест губернатора, возможность сравнительно безопасно показать фигу власти, которая далековато и которая не занимается тем, что положено, и мало уделяет внимания своей окраине. Не более того.

Подберёт на данный момент Москва новую кандидатуру наподобие Кожемяко, сильного и знающего, и что — продлятся протесты? Люди будут бастовать, митинговать? Разумеется, нет. Думается, и новый исполняющий обязанности — кого бы не назначали на эту должность, получит приблизительно те же 62% на очередных выборах.

История России после 1999 года знала огромное количество региональных конфликтов, достаточно вспомнить и захват администрации в Черкесске в 2004-м, знала и избрание оппозиционеров мэрами в 2012–2013 годы — и в Ярославле, и в Петрозаводске, и в Екатеринбурге. И как это оказывало влияние на политическую устойчивость власти? Никак. Через некоторое время оппозиционеры оказывались либо в кутузке, либо их выдавливали тем или иным способом из их кресел, и никто уже на их защиту не становился. Тот же Фургал 1-ым делом поспешил заверить Кремль в своей лояльности, и, как показывает ставший достоянием гласности его разговор с полпредом Юрием Трутневым, трудился только на «рейтинг президента».

Вывод может быть один — не стоит принимать локальные протесты за всеобъятную тенденцию. Чтобы они были таковыми, нужны не просто недовольство и раздражение людей (общественное существо, обладающее разумом и сознанием, а также субъект общественно-исторической деятельности и культуры), но их вера в вероятность достижения своих целей, причём эти цели не должны сводиться к подмене плохого барина на хорошего, вера в безопасность для протестующих и отсутствие для них негативных последствий и вера в то, что власть слаба и сопротивляться не станет. Ни 1-го из этих факторов в современной России не наблюдается. Так что, думается, случившиеся действия в Хабаровске (город (с 1880 года) в России, центр Хабаровского края) вскоре исчезнут из информационной повестки дня.

Читатели рекомендуют:

Понравилась статья, совет - лайкни и оцени поставив звездочку ниже:

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан