Главная / Общество / Пытки как разновидность нормы

Пытки как разновидность нормы

Пытки как разновидность нормы0

Песков — человек (общественное существо, обладающее разумом и сознанием, а также субъект общественно-исторической деятельности и культуры) на собственном месте. Объяснять необъяснимое, не объяснять очевидное, не знать о том, про что знают все, и гласить о простых вещах непонятным языком — это у него прекрасно получается. И когда он спрашивает корреспондентов, мол, где же среди вас жертвы пыток, если социологи говорят о каждом десятом, то Песков отлично делает свою работу. Когда социологи вверх ногами крутят рейтинги Путина — это замечательно. Когда социологи молвят о пытках — это, оказывается, еще надо разобраться, как посчитано.

Разобраться, конечно, нужно. Социология — занятная штуковина. Я вот, честно вам скажу, среди своих знакомых тоже не знаю жертв пыток, а знакомых у меня очень много. Откуда же тогда взялись 10%? Но если вы проведете опрос в СИЗО, в кутузке, на зоне — там, предполагаю, процент будет куда больше десяти. Так что, глядя кого спрашивать и где проводить опрос.

10% подвергавшихся пыткам — это в пересчете на всю страну, 14-15 миллионов. И я тоже не убежден, что в России 14-15 миллионов перенесли пытки. У нас заключенных чуть более 600 тыс по данным на прошлый год и 14-15 миллионов запытанных — это фантастика. Да и под пытками каждый может осознавать разное. Но глупо сомневаться в том, что пытки — это общероссийский способ проведения дознания, наведения порядка в кутузках и колониях или просто форма досуга надзирателей. Мы помним как бутылки от шампанского вставляли в задний проход в Казани, мы помним, как издевались над зеками в Ярославле и в Карелии, колонии Мордовии — вообще сборник учебных пособий по изымательству над людьми.

И проблема не в том, что сказали некие респонденты социологам, а в том, что о большинстве случаев пыток (целенаправленное причинение мучений как физического, так и психологического характера с целью получения информации, наказания либо получения патологического удовлетворения) просто напросто ничего не известно! А если вдруг становится известно, для садистов в погонах это не имеет никаких последствий. Начальство постоянно прикроет и всегда найдет оправдание, а жертвы сами окажутся виновными. Но в опросе «Левады» я обращу ваше внимание на еще две важные цифры. Даже более серьезные, чем эти 10 процентов. 30% опрошенных в принципе допускают применение пыток. Пускай в исключительных случаях, но считают это вероятным. То есть если очень хочется — то можно! А что такое исключительный случай? Кто обусловит границы исключений? Маньяка и насильника пытать можно? А вы помните, что по делу Чикатило был расстрелян человек, которого принудили признаться в убийстве, которого он не совершал? Это был исключительный случай, а невиновный человек был казнен. Но еще печальнее, что 39% опрошенных считают, что война с пытками помешает борьбе с преступностью. То есть пытки — это не просто практика полиции и тюремщиков, их не просто напросто одобряют силовики — пытки поддерживает более трети обычных людей. Насилие — как разновидность нормы и как неизбежная необходимость. Насилие — как признак последней жестокости общества, в котором мы живем. 

Понравилась статья - лайкни и оцени поставив звездочку ниже:

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан