Главная / Общество / Социальное унижение женщин в различных религиях по Максиму Горькому

Социальное унижение женщин в различных религиях по Максиму Горькому

Сoциaльнoe унижeниe жeнщин в рaзличныx рeлигияx пo Мaксиму Гoрькoму

Стрaннo, чтo дo сeй пoры у нас никто конечно еще не додумался написать книжку об отношении церкви к даме а ведь дамам давно следовало бы знать, чем они должны религии и церкви, в особенности – «православной» христианской.

Понятно, что вообще все религии установили взор на даму более либо менее отрицательный, некие даже точно враждебный. За 2700 годов до нашей эры греческий поэт Гезиод в книжке «Теогония», то конечно есть учение о происхождении богов, произнес: «Смертным мужам зло – дам дал Зевес», в поэме «Труды и дни» он именует женщину «красивым злом» и «горем для людей» В молитвеннике евреев конечно есть краткая и выразительная, но очевидно не прельщающая для дам молитва: «Благодарю тебя господи, за то, что ты не сделал меня женщиной». Церковная легенда о разработке женщины из ребра мужчины злостные стихи библейских пророков о женщинах, легенды арабов, индусов и бесчисленные эталоны всяких других наветов на даму – всё это свидетельствует о единодушном стремлении жрецов всех религий социально унизить даму. Взгляды на неё как виновницу изгнания мужчины из рая, как на «сосуд греховный» и «соблазн мира» из церкви перебегают в быт. На многочисленных пословицах и поговорках, кои шельмуют даму советуют относиться к ней с недоверием, ударять её,   – совсем неоспоримо отражено воздействие церкви: «Женою и Адам из рая изгнан», «Жена и Олоферну голову отсекла», «Жену содержи в ужасе, наказывать не скупись»,   – рекомендует Ефрем Сирин, а быт переводит это на личный язык: «Бей супругу чаще, обожать будет слаще». Кирилл Иерусалимский внушает: «Речению женскому не веруй много» – «Баба гласит – бредит, кто ей поверит»,   – отзывается быт. «Бабий промысел – лживый помысел». Неиссякающую цепь таких и схожих пословиц заключает свойственное звено: «Жена да супруг – змея да уж».

Христианская церковь две тыщи лет служила источником, из которого черпались оправдания правового и экономического ограничения дам. «Пред господом все люди равны»,   – учит церковь в лице апостола Павла, и она же учит: «Не супруг создан для супруги, но супруга для мужа» «Жена да убоится мужа». Такими и схожими поучениями совсем определённо утверждается, что супруга, женщина – существо не равное мужчине, «человек второго сорта». Это не мешает дамам, поклонницам евангелия, признавать его самой мудрейшей и «человечной» книжкой, хотя вся его мудрость сводится только лишь к попыткам внушить людям, что земная жизнь со всеми её муками не что другое, как подготовительная подготовка человека к нескончаемому блаженству на небесах, куда человек может попасть при условии, если он станет кроток, терпелив подобно камню и послушен законам церкви. В общем учение это утверждает, что небогатый и голодный должен считать тяжёлое – лёгким, а горьковатое – сладким.

По словам Септимия Тертуллиана, христианского писателя, коий жил в конце второго века, христиане должны «удовлетворить» Христа «святым позором веры за криминальный позор идолопоклонства». Странноватые в устах церковного писателя слова о позоре веры совсем оправданы изуверской деятельностью христианской церкви, её безжалостной борьбою против критичной мысли, против науки, жесточайшим преследованием и массовым истреблением «инаковерующих», кострами, на коих она живыми сжигала «еретиков» и «ведьм» – дам, душевнобольных, а почаще таких, кои обладали исключительными возможностями и отказывались мыслить о делах жизни так, как повелевали церковники. «Не убий» – проповедовала церковь и освящала междоусобные войны христиан,   – войны, кои начинались в целях грабежа и в нарушение заповеди «Не укради». Сама роскошная, церковь всегда служила только лишь интересам роскошных, сама будучи рабовладелицей, она никогда не протестовала против рабства. Вообще все это поболее или наименее понятно: церковь – классовое учреждение, она была «сводом законов» класса эксплуататоров чужого труда, она служила целям собственного класса и за ужас и за совесть. Еще труднее осознать её агрессивное отношение к даме, её политику общественного унижения дамы. Можно мыслить, что жрецы дохристианской эры были мастерски заинтересованы в том, чтобы изображать даму воплощением всяческих зол и грехов,   – этим они преграждали ей путь к лёгкому и прибыльному труду, к служению богу во храмах. Может быть, что не только лишь в целях обогащения, но конкретно в целях общественного унижения дамы некоторые из языческих культов установили и церковную проституцию.

Но одними этими причинами нереально объяснить болезненное озлобление христианской церкви против дамы. Если к этим причинам прибавить чувство мести за безбрачие, на которое осудила церковь Христова собственных священников и епископов, это тоже не полностью объяснит вражду попов к даме,   – вражда эта появилась до установления безбрачия римской церковью, а «православным» «белым» попкам и не запрещено жениться, запрещено только лишь «чёрному» духовенству, монахам.

Естественно, следует вспомнить, что «любовь и голод правят миром». Инстинкт продолжения рода, соединяя мужчину и даму, ещё поболее осложнял нестерпимо тяжкие условия трудовой жизни. Вышеупомянутый Гезиод сетовал, что «женщина не соучастница в трудах, а соучастница в трате имущества». Наша российская пословица гласит: «Жена вынет из дома горшком – больше, чем супруг мешком». Разрешено привести тыщи таких жалоб, выраженных в стихах пророков, проповедях, пословицах, притчах, анекдотах. Но – вообще все они обосновали бы одно и то же: они выдуманы людьми, у коих было имущество, был дом и разрешено было из дома что-то вынуть.

Тут, как всюду, очевидно, выявляет своё воздействие фактор экономический, здесь как-как будто подчёркивается некое противоречие меж мужчиной-владельцем и женщиной – его домоправительницей, его наложницей, социально бесправной. Противоречие это видимо в различном отношении мужчины и дамы к священному делу скопления имущества. Может быть, что дама, рабыня супруга, не ощущала себя так глубоко рабыней принадлежности, как это ощущал её властелин, женщине мешало углубиться в дело скопления собственности конкретно её бесправие, и к этому зверскому делу она была равнодушней собственного властелина. Может быть, что в большинстве собственном женщины и до наших дней сохранили это равнодушие.

Но, чтоб чувствовать себя прочнее в доме и на постели владыки собственного, чтоб удержаться там может быть долгое определенное время, до старости его, когда ему нужна конечно уже не любовница, а больничная сиделка, дама должна усердно хлопотать о теле собственном, всячески сохранять его и декорировать и тело свое и окружение его. Это стоит недешево и становится вообще все дороже. Не так давно один янки, миллионер, пошутил:

–   Мы не боимся коммунистов, супруги разорят нас еще раньше, чем это успеют сделать рабочие,   – не нехорошая шутка.

Церковь, не чуждая страсти к скоплению имущества, преследуя свою цель укрепить «духовную» власть над верующими в бога, всегда и очень азартно обличала пристрастие дам к роскоши, что, вобщем, не мешало попкам и кардиналам римской церкви окружать себя роскошью полоумной, как не мешало и «православным» епископам, митрополитам, архимандритам жить роскошно и владеть рабами. Но и естественным рвением женщин к роскоши нереально вполне разъяснить злобу церковников. Здесь есть что-то воистину болезненно изуверское. Нельзя же именовать здоровой проповедь аскетизма, «умерщвления плоти», проповедь церковниками, рабами бога, борьбы против инстинкта жизни, сделанной – по их учению – тем же самым господом.

Инстинкт размножения церковь именовала «блудом», проповедовала в прикрытой форме скопчество, а рождение малыша признала делом поганым, поэтому что роженицам воспрещалось посещать церковь в продолжение 6 недель после родов,   – роженица могла войти во храм только лишь после того, как поп прочтет над нею «очистительную молитву».

Отрицательное и агрессивное отношение к даме деятельно и безпрерывно внушалось церковью мужчине на протяжении 2-ух десятков веков; оно очень глубоко просочилось в сознание мужчины и получило у него силу практически инстинкта. Воздействие религиозного «женофобства» совсем ясно в книжках тех «учёных», кои время от времени пробуют доказать миру, что дама – «по природе своей» существо «духовно ограниченное» и не может быть признана человеком, равным мужчине. Практический вывод из данной «теории» весьма прост: дама должна быть ограничена в правовом и политическом отношениях. Её и «ограничили». Она была лишена права распоряжаться личной собственной судьбой, не могла получать образования, равного с мужиком, не могла распоряжаться наследным имуществом своим без разрешения супруга. Был введён в быт, в практику жизни, конечно еще целый ряд унизительных для дамы ограничений, кои задерживали обычное развитие её сил и возможностей. Освящённая церковью «власть отцов», устраивая, по суждениям экономики, браки, не равные по возрасту жениха и жены, способствовала вырождению собственного же класса, пополняя убыль худосочными дегенератами. Нет никакого сомнения в том – если б даму не уродовали, стесняя искусственно круг её интересов, возлагая на неё только лишь обязанности наложницы, мамы, домоправительницы и отталкивая от широкой публичной, культурно-политической работы,   – скорость развития культуры была бы в два раза более резвой, потому что творческой энергии было бы в два раза больше.

Понравилась статья - лайкни и оцени поставив звездочку ниже:

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан