<a href="https://www.instaforex.org/ru/" rel="nofollow">ИнстаФорекс портал</a>
Политика

Триумф, который лопнул

Триумф, который лопнул0

Ужас власти перед честными выборами наростает.
 

Кремль проиграл плебисцит, на который ложил такие надежды. Неважно, что объявляет сейчас ЦИК и сколько раз скажут о «триумфе» глашатаи, дворецкие, телохранители и камердинеры. Непринципиально, что продолжаются телеконференции президента с раздачей руководящих указаний. Неважно, что Дума и Совет Федерации собираются стахановскими темпами принимать в июле практически сотню законов во исполнение поправок (село, входит в Белоцерковский район Киевской области Украины) к Конституции (основной закон государства, особый нормативный правовой акт, имеющий высшую юридическую силу). Важно только то, что никакого «путинского большинства» больше нет. И это было наглядно показано без всяких протоколов.

Дело не только лишь в том, что и по опросу «Левада-центра» (25% поддержки путинских поправок против 28% помощи поправок «Яблока»), и по экзит-полам, проведенным 1 июля у избирательных участков в Петербурге и в Москве кремлевские предложения проигрывали.

Дело в том, что если бы у Путина вправду сохранялась бы поддержка большинства граждан — то, что много лет делало его «тефлоновым президентом», которому сходили с рук фактически любые провалы и ошибки, — не потребовалось бы устраивать недельную спецоперацию.

 

Не потребовалось бы организовывать «голосование» с урной в каждом дворе, с массовой заменой бюллетеней на «правильные» и бесстыдным вбрасыванием бюллетеней (теме Бюллетень должна быть отдельная статья, а не страница значений) целыми пачками — с «галочками», нарисованными схожим почерком.

Не потребовалось бы силой сгонять бюджетников на голосование и на голубом глазу отрисовывать 70-процентную «явку» при пустых списках избирателей.

Есть совершенно абсолютно точный критерий, работающий, как точнейшая лакмусовая бумажка.

Политик, который реально имеет поддержку большинства, может в абсолютно любой момент подтвердить ее при честном голосовании (информации о британской театральной постановке 2015 года, см. Голосование (спектакль).Голосование — способ принятия решения группой людей (собранием, электоратом), при котором общее мнение). И не боится его.
Политик, который данной поддержки не имеет, такого голосования боится, как огня. Потому что совсем точно знает, сколь неутешителен будет результат. И может только лишь приказать нарисовать те результаты, которые никогда не получит честно.

Что мы и следили на протяжении «недельно-досрочного» голосования.

Законы статистики неумолимы — в том числе электоральной.
Не станем усложнять текст выводами Сергея Шпилькина, показывающими наличие как минимум 22 миллионов «ненормальных голосов» (читай: вброшенных).

 

Приведем простой пример.

Петербург, избирательный участок 2216 на Пушкинской улице, 9. Самый центр города. Мой избирательный округ, где за меня (и за «Яблоко») постоянно голосует значительное количество избирателей.

Так вот, как написал мне вечером 1 июля замглавы городского образования «Владимирский округ», «яблочник» Виталий Боварь, принесли урну с бюллетенями тех, кто типо голосовал во дворе во время «досрочной недели».

Всего на участке около 1400 избирателей (гражданин, обладающий активным избирательным правом и место жительства которого расположено в пределах избирательного округа, что обеспечивает представительный характер органа публичной власти). В принесенной урне — 450 бюллетеней. Практически треть от общего числа избирателей. И все 450 бюллетеней — «за» корректировки!

Чтобы якобы неделю собирать голоса во дворах Владимирского района — и не нашлось ни одного человека из 450, кто голосовал бы против поправок?

На теоретическом уровне такая возможность, впрочем, существует — ее вероятность можно рассчитать. Если кому любопытно, получается десять в минус пятьдесят шестой степени. Для таких очень долго малых величин нет даже названий. В электронный микроскоп не увидишь.

Это приблизительно столь же вероятно, как если типографский шрифт, случайно рассыпанный на улице, расчудесным образом сложится в текст Конституции.

Но участковая избирательная комиссия, пренебрегая вероятностями, показывает нам это «маленькое чудо».

И это далеко не единственный пример.

Недаром как самую главную тайну избиркомы прятали от оппозиционных членов комиссий списки типо проголосовавших досрочно избирателей. Как и якобы поданные ими бюллетени — они появлялись в последний момент. Понятно, что фактически все они были подменены — независимо от того, как в реальности голосовали «досрочники»…

Триумф, который лопнул1

Фото: РИА Вести

Так ковался «триумф». И это невозможно было скрыть: оно было очевидно не только лишь тем, кто был против поправок, но и тем, кто был «за». Кто видел, сколько их родственников и знакомых голосовать по различным причинам не ходили — и отказывались верить в якобы 75-процентную явку.

Потому как бы ни старался ЦИК со всей своей избирательной вертикалью, как бы ни выпрыгивали из штанов муниципальные пропагандисты, как бы ни отплясывали от радости придворные сенаторы и депутаты — услужливо нарисованные числа входят в столь вопиющее расхождение с реальностью, что становятся важнейшим моментом дальнейшего развития страны.

Многие президентские, думские, губернаторские выборы были нечестными и неравными, но фальсификации все же были «количественными». Лишь в единичных случаях идеально влияющими на результат.

Теперь ситуация принципиально другая: налицо высококачественное расхождение того, что есть на самом деле, и того, во что предлагается поверить.

Да, вряд ли происшедшее немедля вызовет массовые протесты. Просто потому, что сегодня у очень многих конституционные видоизменения — на периферии личного внимания. У них другие заботы: три месяца без работы и денежных средств, рухнувшие жизненные планы, неопределенность будущего…

При этом они не верят рекламе, внушающей, что с изменением Конституции начнут расти пенсии или появится доступная медицина. Они очень давно уверены, что Конституция на их жизни вообще никак не отражается: мало ли что там ранее было написано — и не выполнялось?

Что касается Путина, то они уверены, что если он уйдет, то совсем не потому, что это будет ему предписано Конституцией…

И тем не менее фарсовость происшедшего столь велика, что ведет к потере легитимности. К ситуации, когда власть формально существует и воспринимает решения — но за ней перестают признавать право управлять, и ее перестают уважать.

Конкретно тогда начинаются тектонические сдвиги — какие бы до этого ни были зафиксированы рейтинги или результаты плебисцитов.

Вспомните референдум 1991 года о сохранении СССР — заметим, совсем законный. Через девять месяцев он был забыт и отброшен, и куда растворились все те 78%, которые голосовали «за»? Кто из них вышел защищать свое волеизъявление? Никто. Вспомним и то, как растворились в воздухе 18 миллионов членов КПСС после запрета Компартии.

Тогда для чего все это? Когда-то Ленину в Горки возили газету «Правда» в одном экземпляре — для 1-го читателя.

Точно так же, минувший «обнулендум» — это фарс для одного зрителя.

Последнее. Политическое время президента Путина — как и сделанной им политической системы, — исчерпано.

Без системных изменений двигаться далее невозможно.
Через 30 лет после принятия Декларации о государственном суверенитете РСФСР — где было заявлено о решимости сделать демократическое правовое государство, приверженности общепризнанным принципам международного права и готовности жить со всеми странами и народами в мире и согласии, — практически все надо начинать сначала.

 

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Кнопка «Наверх»
Закрыть
Закрыть