«Осознанные» родители часто видят у своих детей диагнозы там, где их нет

Поколение миллениалов, привыкшее глядеть на мир через призму психологии и личностного роста, столкнулось с неожиданной проблемой. Всё чаще ко взрослым психологам приводят подростков с уже готовым, бережно нагугленным «диагнозом». В ход идут модные аббревиатуры: СДВГ, ПРЛ, ТРЛ и прочие тревожные буквы. Но в большинстве случаев специалисты разводят руками: с ребёнком всё в порядке, он просто проживает нормативный кризис пубертата и обучается выражать свои чувства.

Реальная патология кроется не в детской, а в родительской тревоге. Взрослые, боясь заглянуть в себя, выбирают стратегию «лучше я вылечу ребёнка, чем займусь собой». В такой ситуации психолог вынужден становиться не столько терапевтом для ребенка, сколько переводчиком с языка родительских страхов на язык реальности, выступая буфером в семейной системе.

В особенности ярко проблема проявляется в так называемых бежевых семьях, где царит культ спокойствия и тотального принятия. Тут не принято ругаться, повышать голос или бурно радоваться. Любой конфликт стараются «проговорить» нарочито ровненьким, лишённым эмоций тоном. Дети в таких условиях растут в своеобразном эмоциональном вакууме. Им просто неоткуда просто узнать, как выглядит конструктивная злость и где проходит граница допустимого в конфликте. Не имея перед глазами живого примера, малыш не учится распознавать собственные реакции.

Закономерный итог: сталкиваясь с яркими красками внешнего мира, нервная система ребенка оказывается перегружена. А взрослый, видя всплеск детских эмоций, спешит не к своему психотерапевту, а вновь отыскивает волшебную таблетку или несуществующий диагноз для сына или дочери. Специалисты настаивают: дети — это зеркала. И если отражение указывает лишь эмоциональную плоскость и бесконечные оттенки бежевого, работать с этим нужно не в кабинете детского психиатра, а на своей терапии.

Поделиться Поделиться ВКонтакте МАКС Telegram Однокашники Cсылка