Новости России события в мире Новостной портал СМИ Россия
Пoд этoй пeтициeй нa интeрaктивнoй плaтфoрмe Change.org подписались еще около 150 тыс чел. Вы сможете присоединиться. А. Алексеев.
В Государственную Думу РФ депутатами Эрнестом Валеевым и Василием Пискаревым («Единая Россия») внесен Проект Федерального указа N 147239-7 «О внесении изменений в Федеральный указ «О полиции» и отдельные законодательные акты Русской Федерации» (ред., внесенная в ГД ФС РФ, текст по состоянию на 11.04.2017).
Показать абсолютно…
В ФЗ «О полиции» предлагается прописать, что «Сотрудник милиции… выступает в качестве представителя гос. власти и находится под защитой указа и государства», «Государство гарантирует презумпцию доверия и поддержку сотруднику милиции при выполнении им служебных обязанностей» (ч.ч. 1, 1.1 ст. 30 грядущего закона).
Под этой прекрасной, но неконституционной фразой прячется следующее:
1. Государство обязывает собственных граждан к безусловному повиновению хоть каким (даже заведомо незаконным) требованиям служащих полиции.
Статс-секретарь, заместитель министра МВД Игорь Зубов заявил на заседании Комитета Совета Федерации по обороне и защищенности: «Мы ставим вопрос о внедрении института «презумпции доверия» к сотрудникам милиции. Когда его действия априори числятся правомерными и только потом должны в судебном либо ином порядке доказываться, что он поступил некорректно и превысил свои полномочия. А если он предъявляет легитимные требования – любой гражданин должен их исполнить. Обязан! Это должно быть в крови любого человека.»
Таким образом, предполагается, что любые действия полицейского нужно всегда рассматривать как априори легитимные, что открывает окно для полицейского произвола, фактически сотрудники МВД получат легитимное право требовать и делать что угодно. Гражданин станет обязан «доверять» даже заранее противоправным действиям сотрудников милиции или же, что юридически одно и то же, оказывать безусловное послушание. Это входит в явное противоречие с конституционной нормой, предусматривающей недопустимость случайного ограничения прав и свобод гражданина.
Становится разумеется, что в случае, если гражданин усомнится в правомерности действий сотрудника милиции и не проявит должного послушания даже в ситуации явного выхода полицейским за пределы собственных полномочий, то гражданин может столкнуться с реальной опасностью привлечения к административной ответственности по ст. 19.3 КоАП («Неповиновение легитимному распоряжению сотрудника полиции…»).
2. В суде слова сотрудника милиции будут иметь больший вес, чем слова обычных граждан. Если пострадавший от рук служащих полиции гражданин все-таки решит защищать собственные нарушенные права в суде, то, в силу презумпции, тяжкое бремя доказывания собственной невиновности и противоправности действий полицейского ложится на плечи самого гражданина. И это очевидное нарушение заложенного в Конституцию принципа презумпции невиновности.
«Презумпция доверия» просто напросто переворачивает допустимую в правовом стране модель судопроизводства: нарушает принцип, согласно коиму именно на государственных органах и их должностных лицах лежит обязанность по доказыванию законности собственных действий при возникновении об этом судебного спора. По сущности, эта презумпция может сделать фактически невозможным судебное доказывание неправомерности действий сотрудника милиции.
«Практикующим юристам известны бессчетные случаи, когда сотрудники милиции в уголовном или административном производстве давали заранее ложные показания в целях улучшения статистических характеристик в служебной деятельности и в целях избежать уголовной ответственности за злоупотребления, и такие показания расценивались судами как достоверные и допустимые», — пишет защитник, Советник ФПА РФ Нвер Гаспарян. Добавим, что чуть ли кто-то не понимает о сложившейся в России тесной многофункциональной взаимосвязи суда и органов следствия/дознания, а также о практически имеющем место обвинительном (инквизиционном) уклоне в русском судопроизводстве.
Кроме того, поправки разрешат сотрудникам милиции: а) открывать огонь в людных местах, б) полицейским станет легче досматривать людей, их вещи и автотранспорт, это разрешено будет делать даже на основании догадок, что у гражданина при для себя или в машине имеются орудие или запрещенные вещества (ранее для досмотра должны были иметься данные, что у гражданина имеется что-то нелегальное – теперь «данные» будут не необходимы).
«Слуги народа» в 2011, 2015 г.г. еще пытались провести аналогичное законодательное регулирование о «презумпции законности» действий служащих полиции и о «презумпции доверия» людей и государства к ним, однако под новым и больше «либеральным» названием таится вообще все тот же антиконституционный проект. Ниже приведены представления известных членов юридического общества, высказывавшиеся ими в 2011 и 2015 г.г.:
1. Прежняя судья Конституционного Суда РФ Тамара Морщакова считает, что таким образом правительство расставляет приоритеты: «Что оно считает опасней — свободные проявления людей или насилие полиции. Не надо быть юристом, чтобы осознать, что такое расширение прав полицейских провоцирует расширение внедрения насилия по отношению к людям, какие пока государству не дали оснований, чтоб применить к ним насилие по суду… Эти поправки не делают лучше ни борьбу с преступностью, ни борьбу с преступностью посреди полицейских. Вот среди полицейских преступность такими действиями просто напросто провоцируется». — ВВС
2. Узнаваемый адвокат, депутат Госдумы РФ 5-ого созыва Андрей Макаров именовал разработку Кремля «отказом от всех демократических завоеваний», и «закреплением полного всесилия МВД». «Если вас будут ударять дубинками (не по голове – по голове указ запрещает), оправдание будет найдено всегда», — растолковал депутат смысл прописанной в законопроекте презумпции правомерности действий милиции. Принятие закона Макаров именовал «предательством интересов избирателей» и «созданием нового концентрационного лагеря, заглавие которому – Россия; управлять же этим концлагерем станет преступная группировка под заглавием полиция». — «Красноярское Определенное время»
С уважением,
Филипп Чимакадзе, защитник