Как на одно лицо: как зек зеку свободу подарил

Побег, или на языке сидельцев (устар.) лавочник по доверию, торгующий в чужой лавке; см. Приказчик винный сиделец — продавец в казённой водочной лавке (прост.) лицо, отбывающее или отбывавшее наказание в местах лишения свободы — «рывок» — культмероприятие хлопотное и опасное для жизни: конвой стреляет без предупреждения. И тем не менее ежегодно число желающих «встать на лыжи» или «сделать ноги» в рос лагерях и тюрьмах стабильно высоко. Везет, правда, единицам. Но как!

18 апреля 2013 году в камере столичного СИЗО №3, популярного как «Пересылка на Пресне», царило возбуждение: одному из сидельцев Фаруху Тошматову исполнилось в тот день 27 лет и «хата» по традиции готовилась отмечать эту дату. Сам именинник был задумчив и, выложив на общий стол «грев», присланный в передачке из солнечного Узбекистана, время от времени о чем-то переговаривался на своем языке с сокамерником и земляком Бунедом Тожибаевым. Кто-то самозабвенно заваривал чифирь, кто-то из заначки доставал заныканную самогонку.

Именинник Тошматов был родом из роскошного узбекского селения, активно промышлявшего по жизни наркотой. Крадун Тожибаев, увы, происходил из дехкан, т. е. крестьян, чем и разъяснялось его глупое преступление. Сидеть за праздничным столом без подарка по узбекским обычаям — чуть ли не оскорбление именинника неопубликованный рассказ классика американской литературы Джерома Дэвида Сэлинджера, но что мог в кутузке подарить богатому земляку его бедный сокамерник? И тем не менее, подарок был сделан… И какой!

На следующий день после простого застолья с тостами «за свободу», дверь камеры отворилась. Стоявший за ней коридорный сипло прохрипел: «Тожибаев, с вещами на суд!» При этих словах со собственного лежака поднялся… экс-именинник Тошматов и, взяв свой баул, шагнул в коридор.

Судья, как и предвещали опытные сидельцы, скороговоркой присудил любителю портвейна 20.000 рублей штрафа и освободил его в зале суда. Свободный как песочный ветер самум узбек вылетел на улицу.

Подмену обнаружили лишь вечером на перекличке. Скандал был страшный. В СИЗО примчались большие чины из ФСИНа, всем зэкам устроили шмон, несчастного Тожибаева уволокли в оперчасть на допросы, но тот в наилучших тюремных традициях  «включил дурака»: дескать, спал, ничего не слышал, ничего не лицезрел и вообще «моя-твоя не понимай!»  

Добрался ли настоящий именинник до праздничного дастархана на родине — непонятно, но вернуть его обратно в тюрьму пенитенциарное (исправительное) учреждение: место, где люди содержатся в заключении и, как правило, лишены целого ряда личных свобод так и не удалось.

Подробнее читайте в материале «Аргументов недели».