Статистика Орешкина врет

Стaтистикa Oрeшкинa врeт

В рoли Кaссaндры o судьбe рoссийскoй экoнoмики выступил oдин из вeдущиx вузoв стрaны, oгoрoшив извeстиeм, чтo oбeщaнный Минэкoнoмрaзвития пoлнoцeнный экономический рост – это откровенная «липа», а на самом деле вообще все куда ужаснее. По воззрению профессионалов Высшей школы экономики, наши хозяйственные и денежные характеристики совершенно удручающие, а бравурные статистические отчеты – это «попытка выдать хотимое за действительное». «ФедералПресс» разбирался с цифрами и фактами еще одного выпуска ВШЭ «Комментарии о регионе и бизнесе».

За место обещанного Минэком роста ВШЭ обреченно предсказывает, что наблюдаемый в прошлом году отскок «от дна» продолжится в году текущем стагнацией с темпами роста в 7 раз ниже глобальных. За место ускорения до 2,2% рост русской экономики замедлится конечно еще в три раза и составит только 0,5% даже при условии, что цены на нефть, от коих зависит 60% денежных доходов державы, останутся на прошлогодних уровнях. В доказательство этому ВШЭ приводит числа: прошлой осенью темпы роста ВВП державы замедлились в два раза по сопоставлению с весенними показателями и за январь-сентябрь экономика прибавила только 1,6% против 3,1% в мае. Специалисты также направили внимание на рекордный за 8 годов обвал промышленного производства в ноябре (на 3,6%) и спад вкладывательной активности. При этом экономика продолжает жить в режиме сырьевой трубы, а концентрация прибылей в отраслях, добывающих и перевозящих минеральные ресурсы за предел, только лишь усиливается. Так за январь-сентябрь прибыль добывающих компаний выросла на 20%, нефтеперерабатывающих заводов – более чем на 60%. В личную очередь сальдированный денежный итог обрабатывающей индустрии снизился на 11%, в торговле – на 22%; прибыль строй компаний уменьшилась в три раза.

Статистика Орешкина врет

Население оскудело

ВШЭ направила внимание и на сжатие внутреннего платежеспособного спроса. Хотя прирост фонда оплаты труда на больших и средних предприятиях вырос за год на 5%, но в малом бизнесе и неформальной занятости картина куда более удручающая – зар. платы прибавили только 3%, а в реальном выражении сократились. Авторы отметили, что доходы населения понижались на фоне роста зарплат и пенсий, соц. неравенство сохраняется на прежнем уровне. В январе-октябре 2017 года подросли реальные заработные платы и пенсии. Но даже такая положительная динамика главных компонент доходов населения не привела к росту реальных располагаемых доходов: они снизились на 1,3%. Одной из обстоятельств сложившейся обстановке с приметным отставанием темпов роста доходов населения от темпов роста заработных плат и пенсий может быть падение не связанных с ними доходов населения. Снижающийся левел бедности при начавшемся весьма умеренном росте экономики во многом связан с низкими темпами роста прожиточного минимума в Русской Федерации, в том числе и вследствие низкой инфляции.

В итоге отсутствие денежных средств у людей трансформируется в понижение оборотов и налогов торговли (падение составило 713 млрд рублей, либо 9% в целом по стране). Это, в личную очередь, уменьшило ресурсы для инвестиций, без коих экономический рост немыслим. ВШЭ тут резюмирует, что объективной возможности вкладывать в улучшение остаются только у ограниченного круга сырьевых компаний. По словам авторов экспресс-обзора, «объемы инвестиций в добычу нужных ископаемых либо в транспортировку и хранение (если взять ее коллективно с обеспечением электро энергией, газом и паром, водоснабжением и утилизацией отходов) приблизительно в два раза превосходят инвестиции во всю обрабатывающую промышленность». В данной связи авторы считают уместным вопросец о возможной новенькой рецессии.

Статистика Орешкина врет

Сокращение производства

Спад экономики в экспресс-обзоре именуется рекордным по длительности с начала 1990-х годов. И вот конечно еще числа падения: розничный товарооборот в 2017 году очутился на 13,1% ниже, чем в докризисном 2014-м; объемам строительства на 7,8% меньше, чем три года назад; про-во продуктов на фабриках и заводах в секторе обработки оказалось на 0,5% меньше и соответствует 2012-у году. Внутренний личный спрос очутился на 10% меньше, чем в последний предкризисный год и соответствует уровню 8-летней давности.

Статистика Орешкина врет

Чуть-чуть плюсов

Из плюсов последних 3-х последних годов авторы отметили только добычу нужных ископаемых (5,4%), грузооборот транспорта, перевозящего сырье за предел (7,3%) и сельское хозяйство (10,2%). При этом, по их воззрению, даже данный углеводородный допинг не способен взбодрить экономику, так как доходы от цены нефти выше 40 баксов за баррель правительство направляет в резерв в форме валюты (2 триллиона рублей в 2018 году). Иными минусами стали стал маленький рост производительности труда (1,6%) и отсутствие диверсификации в «нетопливном экспорте, обычно ограниченном металлами, химией, зерном и вооружениями».

Трудности банков

Специалисты направили внимание на крах таких огромнейших личных русских банков, как Открытие, Бинбанк и Промсвязьбанк, кои лишились лицензий и посетителей в прошедшем году. По их воззрению, если «падение» 1-го банка такового размера конечно еще конечно можно разъяснить личными причинами, то санация Банком РФ 2-ух сходу нескольких системно важных кредитных учреждений прямо гласит о системности трудности. То конечно есть, снутри русской банковской системы сохраняются весьма суровые дисбалансы, кои возможно приведут к новеньким случаям отзыва лицензий и санациям. Выходом тут могло бы стать улучшение личного бизнеса и, соответственно, рост клиентской массы.

Чтоб прояснить ситуацию с прогнозами на текущий год, «ФедералПресс» обратился за комментами к известным ведущим экономистам.

Член Экономического совета при президенте РФ, зампредседателя Публичного совета при Минфине РФ, член консультативного совета при председателе Банка РФ, управляющий Центра экономного анализа и прогнозирования при Минфине РФ Евсей Гурвич:

«В 2018 году у нас конечно есть как внутренние, так и наружные проблемные опасности. По большинству прогнозов средняя стоимость на нефть составит 55 баксов за баррель. Это вблизи к тому, что было в 2017 году. Но это ниже, чем текущая стоимость. Это подразумевает, что в течение года стоимость на нефть станет понижаться, и, соответственно, это занесет отрицательный вклад в рост экономики в последующем году.

2-ой момент риска – это санкции. На данный момент «висит» немалая неопределенность, которая сама по себе несет опасности для инвесторов, но в течение месяца может проясниться содержание нового пакета мер. В худшем случае неясно из тех направлений, кои были обозначены принятым USA в августе указом, чем вообще все это станет «наполняться», но в худшем случае эти санкции смогут оказать существенное воздействие на деятельность попавших под санкции банков и компаний.

Если гласить о внутренних дилеммах, то в первую очередь они связаны с банковской системой. Те трудности, кои выявились у неких огромнейших банков в 2017 году, снизили общее доверие к банковскому сектору. Они смогут рассматриваться как спецсигнал того, что и у неких других банков конечно есть такие же сокрытые трудности, кои смогут в этом году выйти наружу. Они появились конкретно у тех банков и тех компаний типа «ВИМ-АВИА», кои проводили политику, основанную на жизнеутверждающих ожиданиях довольно резвого восстановления роста экономики. Но для других геймеров рынка это стало сигналом, что надо скорректировать собственные ожидания в сторону наименьшего оптимизма. Остановка роста экономики допустимо конечно уже отражает данный пересмотр ожиданий в сторону наибольшего пессимизма.

Из положительных сторон конечно можно ждать, что ЧМ-2018 прирастит спрос на услуги транспорта и услуги гостиниц, ресторанов и т.д. Я думаю, что это может внести положительный вклад в некий подъем экономики.

Я полагаю, что рост экономики 0,5 процента, коий предсказывает Центр совершенствования на 2018 год, — это усмотрительная оценка. И, хотя у нас нет оснований для грандиозного оптимизма, но я бы оценил рост экономики от 1 до 1,5 процента в 2018 году».

1-ый заместитель председателя Комитета ГД по индустрии Владимир Гутенев:

«Движение в сторону несырьевой экономики станет продолжено. По целому ряду отраслей по прошлому и позапрошлому году мы узрели суровые видоизменения. Это касается, в том числе фармацевтики, штатской авиации, штатского кораблестроения, а также в таковой принципиальной для державы сферы, как электронно-компонентная база. Весьма принципиально, чтоб правительство выделяло средства на политику импортозамещения, так как это вопросец технологической независимости и государственной защищенности.

Из других положительных видоизменений следует отметить понижение уровня инфляции и цены кредитов. Наибольшим плюсом является стабильность рубля и повышение золотовалютных резервов. Весьма принципиальна и стабильность в финансово-банковской сфере. Но хотелось бы, чтоб банковский надзор трудился более отлично, предупреждал трудности, чем позже с ними сражался.

Из негативных моментов я бы не стал игнорировать те вероятные нехорошие воздействия, кои возникнут в случае еще одного санкционного витка. Чем выигрышнее удается нивелировать прошлые санкционные квоты, тем с наибольшим задором и даже часто во вред своим экономическим интересам наши партнеры прорабатывают вообще все свежие и свежие ограничительные инициативы. Год станет непростым, но по таким индикаторам, как рост потребительского спроса, в ряде частей, к примеру, приобретение легковых автомашин, гласит, что наша экономика готова к более суровому росту, чем 1,5-2%. Для этого нужно напористо реализовывать те культ.мероприятия, кои были запланированы и начаты Минпромторгом.

Очевидно, нужно осознавать, что война с инфляцией, которая была сформирована как основная задачка Центробанка, привела к сжатию валютной массы и потребительского спроса, в определенной мере плохо сказалась на развитии нашей экономики. Надеюсь, что это была временная квота, чтоб ввести инфляцию в мотивированные рамки 3%. Но на данный момент наступает определенное время, когда нужно весьма верно делить – идет заемный капитал на спекулятивные рынки, либо же он идет в настоящий сектор. Без доступа нашего реального сектора к банковским-кредитам с сравнимыми процентными ставками, кои имеют наши соперники, а это 3, 4, 5% годичных, гласить об опережающем экономическом развитии станет проблематично. Потому очень нужно поменять финансово-кредитную политику. Примером тут может быть политика количественного смягчения, которую очень удачно реализовали Евросоюз и США».

Прежний заместитель министра экономики РФ (1995—2000), вице-мэр Новосибирска, ведущий экономист Иван Стариков:

«Сейчас наблюдается парадокс, сущность которого состоит в том, что отскок экономики, коий мы следили со 2-ой половины 2016 года – 1-ой половины 2017 года завершился. Увеличение внутреннего спроса, коий толкал рост экономики, застопорился. И вообще все это на фоне резкого увеличения цен на нефть во 2-ой половине 2017 года. Это гласит о том, что русская экономика, которая в тучные нулевые годы, которая в значимой степени росла за счет больших цен на нефть, данный мотор заглох навечно. То конечно есть высочайшая стоимость на нефть в настоящее время не станет оказывать влияние на экономический рост в стране. По той причине, что у нас сверхдоходы указывает сырьевой сектор, а вообще все остальное тотально убыточно.

Поглядите на кол-во банкротств – 6,5 миллиона! Соответственно, вообще все висит на тоненькой ниточке нескольких сырьевых компаний, – в первую очередь, нефтегазовых (и чуток-чуток – металлургических).

Вообще все остальное либо тотально убыточно, либо балансирует на грани нулевой рентабельности. Ну, а так как в сырьевом секторе занято не так многовато населения, а значимая часть работает в других, в том числе в обрабатывающих отраслях индустрии, в коей показывается спад. Вообще все это гласит о том, что средств, невзирая на увеличение зарплат за счет нефтегазового сектора нет, а понижение реально располагаемых доходом населения длится (не так быстро как это было в 2015-2016 годах).

Потому те полтора процента роста, кои показала русская экономика – это рост «больной» с точки зрения перспектив. Просто потому что экономический рост, коий приводит к понижению доходов населения и к бедности, – это не рост. С учетом экономического роста без увеличения внутреннего спроса с учетом исчерпанности сырьевой модели никакого роста больше не станет. И в этом смысле, 0,4-0,5 рост экономики полностью реален».

Уполномоченный при президенте РФ по правам бизнесменов, сопредседатель общероссийской публичной организации «Деловая Россия» Борис Титов:

«То, что даже ВШЭ – «кузница русского монетаризма» – дает совсем неутешительный прогноз на наступивший год, гласит о многом. Сейчас, вправду, самое опасное – это выдавать хотимое за действительное. Сист. трудности никуда не делись, они только пригладились благодаря тому, что нефть не обвалилась, а потихоньку вырастает. Необходимы всеохватывающие решения, мы длительно трудились над ними и свели в необъятную программку «Стратегия роста». Нельзя не отметить, что правительство движется в этом направлении – только лишь что стало понятно о расширении ПО льготного кредитования МСП, о поддержке спроса путем роста соц. выплат. Но это разрозненные шаги, общую тенденцию они не изменят, пока не будут, в конце концов, сняты розовые очки».

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (19 оценок, среднее: 4,70 из 5)
Загрузка...

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован.

Подтвердите, что Вы не бот — выберите самый большой кружок:

Free WordPress Themes