Современная экономика — обмен или распределение товаров? (начало)

В первый раз популярно изложена общественная природа симулякров денег в их отличие от подлинных денежных средств, а равно место и роль симулякров денег в современной экономике как средства рассредотачивания всех товаров, являющегося таковым вследствие своей общественной природы как средств и титулов высшей институциональной власти над публичным производством человечества.

В РФ счёт «цен» товаров и услуг, заработной платы и фонда оплаты труда, «прибыли» и «убытков», налогов и сборов и, в конечном итоге, ВВП РФ выполняется в рублях (название современных валют России (российский рубль), Белоруссии (белорусский рубль), а также непризнанного государства Приднестровская Молдавская Республика (приднестровский рубль)). И вообще ныне все процессы экономической и социальной практики, публичной и частной жизни в РФ «запускаются» рублём, обеспечиваются рублём и фокусируются на рубле, результируясь в рубле.

Но что есть рубль или неважно какая другая современная валюта?

Нас убеждают, да и все почти считают, что рубль – это валютная единица, это – деньги. Что это такие же по своему существу деньги (собирательное название древнерусских серебряных монет, чеканившихся начиная со второй половины XIV века в Москве, Новгороде, Рязани, Твери и других центрах монетной чеканки (синонимы — «куны»,), как и доллары США, и евро, и юани, и все остальные валюты (национальные, иностранные и международные деньги, как в наличной форме (в виде банкнот, казначейских билетов, монет), так и безналичной (на банковских счетах и в банковских вкладах), являющиеся). Что эти валюты различаются между собой «покупательной способностью», устойчивостью обменного курса, «географией» воззвания и, следовательно, «географией» признания (использования) в мире в качестве денег и обилием прочих характеристик, ничего не изменяющих в том, что все такие национальные валюты по собственной сути – это (без допуска даже какой-либо тени сомнения) деньги. Ибо то, что это денежные средства, установлено Законом и признаётся «всеми во всём мире» из числа «психологически здоровых людей»…

Популярно, но предельно кратко о сущности денег.

Вплоть до фактического отказа от золотого эталона во всём мире деньгами в точном смысле слова было железное золото в слитках, использовавшееся как единственные и исключительные мировые деньги в качестве квоты стоимости, средства платежа, средства обращения, средства накопления (образования сокровищ) и как фактически мировые деньги.

То, что в ряде регионов мира, включая колонии, к примеру, в Средние века в Западной Европе или в Индии в 19-ом веке, вместо железного золота в качестве денег или наряду с металлическим золотом в качестве денежных средств использовалось также и металлическое серебро, ничего не изменяло в общественной сути и функциях денег. А в чём они заключались?

Деньги, прежде всего, это товар, то есть вещественное благо, пригодное и предназначенное для удовлетворения каких-либо конкретных потребностей людей (владеющее конкретной полезностью для потребителей и именно вследствие этого имеющее потребительную себестоимость или, иначе, ценность).

Однако деньги, во-вторых,  – это такой продукт, который способен обмениваться и фактически обменивается на любой другой без исключения продукт, вследствие этого выступая в общественной практике эквивалентом всех других продуктов.

В-третьих, металлическое золото в слитках как именно такой универсальный продукт, который выполняет общественную функцию (отношение между элементами, при котором изменение в одном элементе влечёт изменение в другом: Функция (философия) — обязанность, круг деятельности) денег, экономической практикой населения земли, длящейся многие тысячелетия, признано таковым всеобщим товаром-эквивалентом всех других продуктов без исключения.

Но как же может соизмеряться и обмениваться как равные (эквивалентные) товары большущее (неисчислимое) множество конкретных товаров? Ведь каждый из товаров, будучи взят по собственной натуре, не сводим ни к одному другому товару, за исключением лишь только лишь тех товаров, которые тождественны с ним по своим физическим и потребительским свойствам. Как соизмерить и приравнять друг к другу некоторое количество моркови и ткацкий станок, например, и сколько (какую массу) данной моркови надо отдать за станок, чтобы обмен был равным, эквивалентным?

А если обменивать не конкретно морковь на станок, а опосредствовать этот обмен металлическим золотом, то сколько тогда золота в миллиграммах, граммах или килограммах нужно отдать в обмен на морковь или на станок, чтобы этот обмен был равным (эквивалентным)? Конкретно такое опосредствование только и позволяет развести обмен всех продуктов на все товары во времени и пространстве.

На практике разные по своему качеству (по совокупности параметров и признаков физических или потребительских) предметы (вещные или любые другие) соизмеримы лишь тогда и постольку, когда и так как они сведены к одному и тому же качеству. И только в рамках такого – общего и одного для всех них – качества такие разные по своему естественному качеству предметы могут быть соизмерены, то есть одно кол-во одного предмета может быть приравнено некоему другому кол-ву другого предмета.

Таким общим и единственно общим качеством для всех продуктов является лишь то, что все они являются продуктами труда людей, будучи овеществлёнными плодами определённого количества труда и содержащими в себе это количество труда. И это единственное общее для всех продуктов качество, которое присуще каждому товару без исключения, есть не что другое, кроме как его (этого товара) общественное качество – не натуральное (естественное) качество, а конкретно общественное качество товара. И вот это общественное качество всякого товара названо его (продукта) стоимостью.

Итак, стоимость любого товара определяется количеством труда, овеществленного и потому заключенного в этом товаре. Но чем может быть измерено количество труда? Только лишь продолжительностью рабочего времени, затраченного на соответствующий труд всех рабочих (совокупный работник), каждый из которых в той или иной определённой мере конкретно и опосредствованно участвовал в производстве (создании) данного товара. И этот продукт именно вследствие этого есть результат труда этого совокупного работника в целом.

Но труд каждого конкретного работника и, следовательно, его индивидуальное рабочее время, количественно и идеально отличается от конкретного труда (рабочего времени) всех других рабочих. Как их соизмерить практически? Как их соизмеряло человечество и сто, и тысячу лет назад?

Посредством сведения всех разновидностей определенного труда к абстрактному (общему и всеобщему) рабочему времени, которое общественно нужно для производства данных видов конкретных товаров при существующих общественных критериях их производства и обращения. Обращение товаров – это систематически и регулярно повторяющиеся (возобновляющиеся вновь и вновь) акты обмена всех и всякого из товаров, в конечном итоге, на все другие товары.

Но непосредственно осуществить такое сведение всех разновидностей конкретного труда (целесообразная, сознательная деятельность человека, направленная на удовлетворение потребностей индивида и общества) к его всеобщему роду, то есть к абстрактному общественно необходимому труду по производству всех без исключения продуктов, участвующих в мириадах и гекатомбах актов обмена, невозможно. Неужели тупик, безысходность? Никак – человеческая практика очень давно (несколько тысячелетий назад) отыскала такое решение, и именно этим практическим решением как раз и стали денежные средства.

Почему деньги стали таким решением? Потому что деньги – это тоже продукт, но это такой товар, который есть всеобщий эквивалент всех других продуктов именно потому, что и он (деньги) также есть продукт труда, содержащий в себе полностью конкретное в данных исторических (общественных) условиях количество общественно нужного рабочего времени.

В каком смысле или, иначе, по какому своему качеству денежные средства являются всеобщим эквивалентом всех других товаров? По своему натуральному качеству золота (серебра) или же по собственному общественному качеству – по стоимости? Исключительно и только по своему общественному качеству – по себестоимости. Никакой другой эквивалентностью (равенством) с другими товарами, кроме равенства по себестоимости, металлическое золото (серебро), выполняющее общественную функцию денег, не обладает, и владеть не может.

Иными словами, потому деньги стали практическим решением задачки сведения всех товаров к одной всеобщей для них мере, что они (деньги), будучи продуктом, точно так же, как и все прочие товары, имеют стоимость (экономическое явление, понятие которого имеет несколько разных определений) – физически определённое кол-во металлического золота, выполняющего общественную функцию денег, имеет полностью определённую величину (количество) стоимости.

Но (и в этом-то заключается суть дела, как и потаенна стоимости, которых не понимает, не ведает большинство авторитетнейших из числа запатентованных экономистов) вследствие сказанного величина стоимости физически одного и того же кол-ва металлического золота, выполняющего общественную функцию денег, различна в различных исторических условиях – в разное историческое время.

Суммарная (абсолютная) и удельная (в расчёте на единицу физ массы) величины стоимости самих денег (металлического золота, выполняющего общественную функцию денежных средств) всегда изменялись и изменяются не просто во времени, но исторически они всегда изменялись, и меняются доныне.

Эти величины стоимости физически определённого количества денег (железного золота (элемент 11 группы (по устаревшей классификации — побочной подгруппы первой группы), шестого периода периодической системы химических элементов, с атомным номером 79) в качестве денег) в каждый данный момент времени (форма протекания физических и психических процессов, условие возможности изменения) различны независимо от того, в какое время и где в первый раз произведён вот этот конкретный слиток металлического золота, который некто лицезреет ныне или держит в своих руках. И это справедливо для величины стоимости хоть какого товара, всех товаров без исключения.

На практике никто, конечно, никогда не пробовал исчислять (такой мысли даже не возникало – никакой общественной потребности в этом не было), и не исчислял, да и в принципе не мог исчислить, и пока ещё не может исчислить кол-во всеобщего (абстрактного) общественно необходимого труда, содержащегося в единице массы железного золота в слитках.

Но как же тогда всё это сведение всех товаров к определённому кол-ву одного и того же общественного качества (к определённой величине стоимости) производилось практически в течение тысячелетий разными поколениями людей в разных и географически дальних друг от друга странах?

Посредством гекатомб актов обмена всех продуктов, в конечном итоге, на конкретные физические количества металлического золота и и наоборот – конкретных физических количеств (категория, выражающая внешнее, формальное взаимоотношение предметов или их частей, а также свойств, связей: их величину, число, степень проявления того или иного свойства) металлического золота на то или иное количество хоть какого другого товара.

Всё это уже потом (постфактум) первые политэкономы, начиная, по наименьшей мере, с Аристотеля, в конечном итоге обобщили под названием товарно-денежного воззвания на свободном рынке, то есть в условиях (категория философии, обозначающая отношение предмета к окружающей действительности, явлениям объективной реальности, а также относительно себя и своего внутреннего мира) свободной конкуренции и т.д., и т.п. Свободное товарно-денежное воззвание на свободном рынке, в конечном итоге, охватывающем и охватившем, подчиняющем и подчинившим себе весь освоенный и присвоенный людьми мир (всю ойкумену).

Знаки денег и денежные знаки.

В силу множества объективных условий и событий, преимущественно имевших практически значимый характер, металлическое золото в слитках в качестве (Качество — философская категория) денежных средств непосредственно использовалось лишь как мировые деньги, то есть в международном обмене продуктами – в международной торговле.

На практике очень давно появились монеты не только лишь из золота, но и из других металлов и их слитков (были и деревянные, и каменные, и остальные «монеты»).

В конце 13-го веке в Китае и в начале 18-го века во Франции (реализованный гос-вом проект шотландского экономиста и ростовщика-спекулянта Джона Ло) появились «бумажные денежные средства».

Но чем являются в действительности все эти монеты и «бумажные деньги»?

В действительности это – денежные символы или символы (общественные представители) денег подлинных – металлического золота в слитках, выполняющего общественную функцию денежных средств.

Символы денег всего лишь и только замещают подлинные денежные средства в товарно-денежном обращении, представляя в обществе и для общества (в общественной практике) эти подлинные денежные средства и, одновременно, технически облегчая и упрощая весь процесс обращения подлинных денежных средств, а равно и сокращая суммарные издержки этого обращения.

Символ денежных средств (независимо от своего физического носителя) сам по себе (по своему действительному содержанию) не является той же самой величиной себестоимости, которую он представляет и замещает в обращении товаров. Да и товаром как таковым знаки (соглашение (явное или неявное) о приписывании чему-либо какого-либо определённого смысла, значения) денег не являются. Это более всего очевидно не только и не столько на картонных символах, но и сколько на примере записей на счетах в казначействах и банках, выполненных на бумаге или на ином (в том числе и электро) носителе.

Определённая сумма символов денег есть всего лишь знак (представитель в обществе и для общества) определённой натуральной величины (суммы) всеобщего товара-эквивалента, каковым являются только лишь деньги (независимо от натурального – золотого, серебряного или иного – естества того определенного всеобщего товара-эквивалента, которое они имеют).

Величина (сумма) денег, эмблемой которой было конкретное количество единиц «бумажных знаков денежных средств» и монет, определялась официальным денежным (золотым или серебряным) курсом «государственных знаков денег». По этому курсу казначейство или банк, уполномоченный подходящим государством выполнять функции центрального банка (эмитента национальной валюты), должен был обменять (тезаврировать) эмитированные (выпущенные) им в обращение (многозначный термин) «бумажные и монетарные символы денег» на соответствующее количество всеобщего товара-эквивалента (металлического золота в слитках определённой пробы). И обмен таковой они гарантировали осуществить и фактически осуществляли по первому требованию любого предъявителя «государственных знаков денег». А если этого не происходило, то это было тождественно дефолту или денежному краху соответствующего правительства и его главного финансового агента (казначейства или центрального банка), который часто выливался в различные общественные нестроения и политические кризисы.

Любой знак денег, если это действительно символ денег, предполагает два существенных публичных условия, каждое из которых абсолютно обязательно для того, чтобы данные символы денег в действительности были символами денег.

Первое условие – наличие самих денежных средств (металлического золота, фактически выполняющего общественную функцию денег в товарно-денежном воззвании) и тотальное (всеобщее) использование этого всеобщего товара-эквивалента в экономической практике в этом собственном общественном качестве денег.

Второе условие – систематическое и регулярное практическое доказательство в качестве очевидного для всех участников товарно-денежного обращения общедоступного факта: данные «символы денег (эквивалент, служащий мерой стоимости любых товаров и услуг, способный непосредственно на них обмениваться)» (денежные знаки) действительно являются символами денег, которые в хоть какое время могут быть тезаврированы немедленно по их предъявлении к тезаврации (обмену на денежные средства) по официальному денежному курсу.

Иными словами, символ денег постоянно и везде, во всякий данный момент времени и в любом месте, отсылает всех текущих держателей, предъявителей и получателей этого знака денег к строго конкретной натуральной величине (массе) подлинных денежных средств – всеобщего товара-эквивалента, общественную функцию которого выполняет металлическое золото в слитках определённой (официально объявленной и гарантированной) пробы.

Сразу с этим всякий символ денег отсылает всех своих текущих держателей, предъявителей и получателей также и к собственному эмитенту – к тому, кто выпустил этот символ денег в обращение и гарантировал его немедленную тезаврацию в подлинные деньги на условиях, официально установленных, общедоступных и постоянных в течение достаточно долгого времени.

Но государство или банк, осуществивший эмиссию «валютных знаков» в качестве символов денег – это первичный (высший) институциональный посредник, гарантирующий обществу и фактически обеспечивающий реализацию этой своей гарантии, что выпущенные им в обращение «символы денег» действительно являются подлинными символами денег, которые в полном объеме представляют и замещают денежные средства в товарно-денежном обращении.

Институты – это нормы, правила, обычаи, установленные в этом государстве и сообществе в качестве обязательных к исполнению (применению) на всей местности государства, его субъекта, внутри корпорации и т.д. Но институты – это не только указанные формальные нормы, правила, обычаи. Университеты есть также и те неформальные нормы, правила, обычаи, обыкновения и традиции, которые действуют (исполняются) на практике (по факту), регулируя всю эту практику наряду или вопреки формальным институтам. И одним из примеров этого в полной мере является всякая и неважно какая практика, осуществляемая «по понятиям».

Только при соблюдении на практике всех рассмотренных публичных условий соответствующие «денежные знаки» являются символами денег. И только лишь в таком случае исключительно и только на всех этих условиях в их совокупности «национальные финансовые знаки» и соответствующие им «национальные денежные единицы» в действительности являются знаками денег, замещающими и представляющими деньги и в собственно денежном, и в товарно-денежном воззвании.

Иными словами, только при соблюдении на практике всех рассмотренных критерий соответствующая национальная валюта правомерно используется как мера стоимости, средство платежа, средство воззвания, средство накопления (образования сокровищ), а также и как мировые деньги («запасная валюта»).

Соответствуют ли любая из нынешних национальных валют перечисленным условиям? Не соответствует. Являются ли эти валюты денежными средствами? Нет. Ну а хотя бы символами денег они являются? Тоже нет, однозначно и очевидно нет.

А чем же все сегодняшние национальные валюты являются на самом деле? Они являются тем, что имитирует или, поточнее будет сказать, – тем, что симулирует символы денег и сами денежные средства. Кратко выражаясь, они являются симулякрами денег. Но подробнее об этом – в последующем разделе.

Распределение под видом обмена и вместо обмена: симулякры денежных средств.

Нынешний рубль, как и всякая иная – иностранная и самая что ни есть «зеленоватая» – валюта всеобщим эквивалентом товаров не является. И не является, прежде вообще всего, потому, что сам рубль, как и любая другая современная валюта, не есть продукт.

И именно в силу этого рубль (любая другая из современных валют) никакой себестоимости вообще не имеет, ибо по самой своей общественной природе рубль, как и неважно какая современная валюта, стоимости иметь не может вообще от слова совершенно.

Но может быть нынешний рубль, как и доллар США и т.д., – это символ денежных средств? Нет, они не могут быть символами (знак, изображение какого-нибудь предмета или животного, для обозначения качества объекта; условный знак каких-либо понятий, идей, явлений) денег уже только потому, что деньги из экономики не только лишь изъяты, но и их обращение институционально запрещено, по меньшей мере, с началом «Нового курса» в США, отказом от «золотого эталона» во всех остальных государствах, в том числе фактическим отказом от «золотого червонца» в СССР.

Никаких денежных средств, то есть никакого всеобщего товара-эквивалента ни рубль, ни доллар США, ни какая-либо другая валюта вообщем не представляет и не замещает ни в обращении товаров, ни в экономике вообще. Но что же или кого представляет в таком случае симулякр денежных средств? К чему или к кому он отсылает, если он не может отсылать к деньгам, ибо их в публичной практике нет?

Симулякр денег представляет (= является общественным представителем) только и только высшую институциональную власть над процессом общественного производства. А это что за зверек такой? Это глобальный (с его национальными подразделениями) финансовый капитал, в который совсем и необратимо превратился весь общественный капитал (весь капитал (стоимость, используемая для получения прибавочной стоимости посредством производственной и экономической деятельности, основанной на добровольном обмене) в мире) вследствие изъятия денежных средств из экономической практики и их замены симулякрами («копия», не имеющая оригинала в реальности) денег.

Процесс этого перевоплощения, то есть процесс становления всего мирового капитала глобальным денежным капиталом стал необратимым, по меньшей мере, со времён и в ходе 1-ой в мире Великой депрессии, названной Долгой депрессией, которая продолжалась с 1873 по 1896 годы. Но – это уже отдельный предмет, непосредственно не относящийся к предмету истинной статьи.

Первичный эмитент конкретной национальной валюты, включая в него симбиоз практически центрального банка и правительства соответствующего государства, есть не более чем разведчик (институциональный агент – в смысле гражданского и публичного права) глобального денежного капитала. Хотя это и высший агент глобального финансового капитала, от этого он никак не утрачивает общественного характера агента этого финансового капитала. Глобальный денежный капитал персонифицирован корпорацией (для широкой публики неформальной корпорацией) реальных членов интернациональной корпорации глобальных финансовых капиталистов. Это и есть современная новенькая, а именно финансовая, аристократия, которую публично и приватно нередко называют олигархией.

Капитал вообще, а финансовый капитал, в особенности, есть высшая полная власть-собственность над общественным процессом производства в глобальном, то есть во всемирном, масштабе. Средствами и титулами конкретно этой высшей тотальной власти в действительности являются все симулякры денежных средств. И лишь постольку, поскольку они есть средства и титулы (арх) этой высшей полной власти, они есть также и титулы прав требования (талоны) хоть какого из товаров. Ибо всякий товар есть продукт, произведённый финансовым капиталом, его применением в качестве капитала. Никаких других продуктов, кроме тех, которые произведены глобальным финансовым капиталом, в мире очень давно уже практически не осталось.

И только эти товары распределяются, в конечном итоге, опять-таки глобальным денежным капиталом (непосредственно это осуществляется всеми соответствующими цепочками агентов этого денежного капитала) в частное присвоение или, что есть то же самое, в частное потребление. В этом по существу ничего не изменяет то, каким конкретно будет это частное потребление (равно частное присвоение). А именно – будет ли оно личным производительным потреблением, то есть производством товаров, либо оно будет потребительным про-вом, то есть воспроизводством людей и общества в целом.

Но что же это такое – рубль или другая государственная валюта, кроме того, что он симулирует деньги в экономической практике, общественно представляя глобальный денежный капитал и будучи средством реализации его тотальной власти-собственности на всё и всякое вещественное богатство, как минимум? Чем ещё, кроме уже сказанного, по своей общественной природе является симулякр денежных средств?

Симулякр денег (рубль, доллар США и всякая иная валюта) в рассматриваемой части экономических отношений есть вообще всего лишь обезличенный (на предъявителя) универсальный финансово-распределительный талон или титул права условия потребительных стоимостей вообще. То есть талон (титул права условия) на любые, всякие потребительные стоимости, то есть на товары вообще.

В симулякре денежных средств все товары (как потребительные стоимости) тоже обезличены, как и текущий владелец самого этого симулякра денежных средств. Хотя потребительные стоимости и предполагаются этим талоном (титулом права условия) в качестве конкретных, но самим этим симулякром денег они никак не обозначены и непосредственно не указаны, то есть это любые товары (любая вещь, которая участвует в свободном обмене на другие вещи; продукт, произведённый для продажи) – всё, что производится, распределяется и потребляется как продукт.

Заметим сразу же – право требования своему текущему держателю и предъявителю таковой талон (титул права требования) формально даёт, но вот получения требуемых «в обмен» на него потребительных стоимостей (продуктов, включая в них также и все услуги, и все работы, о чём в дальнейшем) отнюдь не гарантирует – совершенно не гарантирует.

Симулякр денег, то есть такой талон (титул) права условия, не имея в себе и не представляя собой никакой стоимости, потребительную себестоимость всё же имеет. И именно вследствие этого он только и получает возможность симулировать денежные средства, то есть всеобщий товар-эквивалент.

Потребительной стоимостью рубль как симулякр денежных средств обладает лишь постольку, поскольку высшей институциональной властью РФ он легализован (утверждён законодательно) как денежные средства и вместо денег на всей территории РФ, во-первых. И, во-вторых, этот талон (титул) права условия товаров обладает своей особой потребительной стоимостью лишь постольку, так как всеми участниками (или абсолютным большинством участников) экономических отношений на местности РФ он признаётся как деньги и вместо денег.

То есть всё сказанное в предыдущем абзаце имеет место быть, если только лишь законодательство РФ неукоснительно и надлежащим образом исполняется на всей территории РФ без каких-то исключений и отклонений, в том числе «как часы»  и без дополнительной «смазки» со стороны заинтересованных лиц работает весь институциональный механизм обеспечения выполнения обязательств. Вплоть до принуждения к этому силою всей государственной власти независимо от формального и неформального статуса заинтересованных лиц в этом регионе, в-третьих.

В чём заключается потребительная стоимость симулякра денег? Как и всякая потребительная себестоимость, она заключается в полезности соответствующей «вещи» для удовлетворения определённой (конкретной) потребности членов экономических отношений.

Полезность симулякра денег в самом общем виде заключается в том, что он (симулякр денежных средств) используется в экономических отношениях как деньги и вместо денег, то есть употребляется по правилам использования (обращения) денег вместо самих денег и как денежные средства во всех тех экономических отношениях, в которых прежде применялись деньги.

Так как деньги применялись как всеобщий эквивалент всех товаров, мера себестоимости, средство платежа, средство обращения, средство накопления (образования сокровищ) и мировые денежные средства, постольку и симулякры денег применяются вместо денег во всех этих экономических функциях. То есть симулякр денежных средств институционально и под угрозой применения силы со стороны государства отождествлён с эмблемой денег.

Однако так это представляется только официально и идеологически, прежде вообще всего, всем участникам современных экономических отношений, сознание которых всецело подчинено данной идеологии (абсолютно доминирующая общественная психология), всецело захвачено данной идеологией «в полон» и удерживается в нём.

По существу так же представляется это и всей современной экономической наукой (теоретическим публичным сознанием), то есть буржуазной экономической наукой, включая в неё и всю бывшую (бывшую ли только лишь?) советскую экономическую науку без изъятия. Никакой другой, кроме буржуазной, экономической науки не было, нет, и быть не может.

Но в действительности давно уже дело обстоит совершенно иначе. Никакого обмена продуктов быть не может, и нет в общественных условиях, при которых и вследствие которых подлинные денежные средства изъяты из экономики и тотально замещены симулякрами денег.

Товары обмениваться могут только лишь по своей стоимости как равные стоимости (в равных по стоимости количествах продукта в натуре). И обмениваются все товары очень давно уже не непосредственно (товар на продукт), а посредством обмена всех товаров на один всеобщий товар-эквивалент, ставший самостоятельной ценой, то есть посредством обмена всех товаров на деньги.

Когда и если имеет место так именуемый неэквивалентный обмен, тогда речь идёт уже либо об экспроприации (безвозмездном изъятии) в той или другой мере (от частичной до полной экспроприации и самого товара в натуре, и его себестоимости), либо о распределении товаров, которое осуществляется под видом обмена продуктов и как обмен товаров.

Распределение товаров под видом обмена и как обмен, выполняется тогда, когда деньги изъяты из экономики и замещены симулякрами денежных средств, которые применяются как деньги и вместо денег.

Юридически это распределение, осуществляемое под видом обмена (акт получения объекта с передачей чего-либо взамен, переход или передача каких-то объектов из одного места в другое с обратным переходом других объектов из второго места в первое) и как обмен, как и раньше оформляется и осуществляется в форме мены и как мена одной вещи на другую вещь, но симулякр денежных средств, в отличие от денег, ни вещным, ни каким-либо иным товаром-то не является «от слова совершенно».

Поэтому экономически в таком случае отчуждения товара в «обмен» на некоторую сумму симулякров денег бывший владелец товара, добровольно отчуждающий его или у которого его отчуждают (изымают) в «обмен» на симулякры денежных средств, вообще не получает никакого товара взамен отчуждённого у него продукта. Ни в равном по его стоимости количестве, ни в каком-либо ином количестве не получает.

Экономически это и есть экспроприация (или, в этом случае, – мошеннический грабёж, если выражаться юридическими определениями), то есть отчуждение без какого бы то ни было возмещения вообще, не говоря уже о равном по себестоимости (эквивалентном) возмещении отчуждённого товара.

Но, скажет тут же большинство экономистов и юристов, не говоря уже о бизнесменах и обывателях: «Как же так, «покупая» товары у кого-либо, мы же их не экспроприируем, да и о мошенничестве (об обмане) значительное большинство из нас при этом даже и не подразумевает, и не помышляет, а Вы говорите об экспроприации и мошенничестве?»

Ответ на данный вопрос прост по существу и одновременно (в силу тотальной захваченности безоговорочного большинства господствующей идеологией) предельно сложен.

В действительности никакого обмена продуктов нет, во-первых, нет и мошенничества со стороны абсолютного большинства совершающих это перераспределение продуктов под видом обмена и как обмен, во-вторых, но есть именно перераспределение продуктов, в-третьих.

И вот здесь-то как раз проявляется самое сложное для понимания абсолютным большинством – цепочка всех опосредствований этого как бы самостоятельного перераспределения, совершающегося под видом обмена и как обмен, в-четвёртых.

1-ым по кажимости на поверхности общества (ближайшим к непосредственным участникам всякого акта перераспределения продуктов (Продукт — пища (в словосочетании «продукты питания») Продукт — произведение труда, законченный результат некоторой деятельности, в том числе: Промышленное изделие или услуга (товар, предлагаемый на), совершаемого под видом обмена и как обмен товаров, а в действительности – онтологически – последним, производным и просто потому самым поверхностным во всём процессе) посредствующим звеном являются симулякры денежных средств.

А последним по кажимости (в восприятии непосредственных участников такого перераспределения, а в реальности – онтологически – первым) посредствующим звеном во всяком акте распределения и перераспределения продуктов, опосредствуемом любыми симулякрами денег и совершаемом под видом обмена и как обмен продуктов, является высшая институциональная власть над процессом общественного воспроизводства.

Средствами и титулами конкретно этой высшей институциональной власти, в конечном итоге, являются все симулякры денежных средств во всей их глобальной иерархии.

Между этими «крайними» посредствующими звеньями находится целая система рассредотачивания и перераспределения товаров, включая их транспортировку и доставку потребителям, от их непосредственных изготовителей до всех промежуточных и конечных потребителей оптом и в розницу, с одной стороны.

А с другой стороны, система рассредотачивания и перераспределения симулякров денег (в том числе и посредством фискальной системы и бюджетов всех уровней) от их эмитентов до всякого из текущих владельцев.

Каждая из этих двух систем посредствующих звеньев включают в себя далековато не одну подсистему посредствующих звеньев и далеко не одну цепочку посредников. Конкретно с ними, так или иначе, в большей или меньшей степени (в зависимости от сферы деятельности), как раз и имеют дело покупатели всех товаров, а также текущие владельцы соответствующих симулякров денежных средств.

Отдельную, а именно третью, систему опосредствования, составляет ещё одна система, которая практикуется на определении симулякров цен. Эта система сама распадается на две крупных подсистемы (два больших общественных подразделения) определения симулякров цен, во-первых, на все товары и, во-вторых, на сами симулякры денежных средств.

Вот как раз об этой третьей системе посредствующих звеньев, а также как в действительности работает современная экономика и, главное, к чему закономерно, необходимо и неизбежно ведёт и приведёт не только лишь Россию, но и всё человечество глобальный финансовый капитал, речь пойдёт раздельно в последующих статьях (частях этой статьи).

(продолжение следует)

Василиев Владимир, 2 декабря 2019 года.

Первичная публикация осуществлена по адресу: http://www.dal.by/news/178/03-12-19-32/