Победила кормушка. Как Кремль переиграл оппозицию в борьбе за обывателя

Социологи узнали причины, которые мирят российских граждан человек, принадлежащий к постоянному населению данного государства, пользующийся его защитой и наделённый совокупностью политических и иных прав и обязанностей.Также форма устного и письменного обращения к человеку в советском и постсоветском обществе с существующим политическим режимом

Последние данные российских социологов как нельзя лучше свидетельствуют об настоящих предпочтениях россиян: 68% их считают, что государство должно заботиться о своих гражданах и обеспечивать им достойный облик жизни.

Это самый высокий показатель с 2006 года внесистемная единица измерения времени, которая исторически в большинстве культур означала однократный цикл смены сезонов (весна, лето, осень, зима). Доля россиян, предпочитающих такую модель взаимодействия с гос-вом, значительно выросла за последние несколько лет: в 2015 году так считали 49% респондентов, в 2020 году — уже 60%, в 2021- 68%.

Сразу с этим сокращалась доля тех, кто считает, что государство должно устанавливать общие “правила игры” и следить за их соблюдением. В 2015 году так считали 41%, в 2021 — лишь 24%.

Размеренно небольшое число респондентов считает, что государство должно минимизировать вмешательство в жизнь граждан — 6% в 2021 году.

Эти числа ясно свидетельствуют о том, что никаких шансов у российской оппозиции в ближайшем будущем на изменение ситуации в стране нет, так как россияне в своем подавляющем большинстве вовсе не хотят брать инициативу в свои руки, предпочитая вручить личную судьбу государству.

О том, почему даже недовольные своей жизнью граждане, тем не менее, не поддерживают оппозицию, а быстрее напротив раздражается при любом намеке на необходимость перемен, пишет руководитель программы «Российская внутренняя политика и политические университеты» Московского Центра Карнеги Андрей Колесников.

После президентских выборов 2018 года лишь два раза граждане страны отступались от своего тотального конформизма и выражали недовольство: во время пенсионной реформы и пандемии коронавируса, а в остальном они предпочитают Путина, уверенные, что альтернативы ему не существует. Единственное, что способно их возмутить, это урезание того или другого социального блага, как, например, пенсий или льгот. Ну а пандемия просто стала форс-мажором, прежде не переживаемым. В таких случаях обычный рейтинг Путина снижается с 80% до 55-65%, но затем начинает восстанавливаться.

Любопытно, что ни с политикой, ни с экономикой, как такими, эти колебания почти не связаны – сплошная психология. Однако пропагандистские атаки вроде Крыма и противостояния с Западом в последние пару лет стали терять личную эффективность. Правда и атаки оппозиции тоже не оказывают влияния на умы граждан, озабоченных больше всего тем, как бы власть это возможность навязать свою волю другим людям, даже вопреки их сопротивлению не перестала быть источником социальной помощи со сменой режима.

 

Вот и эпидемия продемонстрировала, насколько россияне зависимы от государства политическая форма организации общества на определённой территории, политико-территориальная суверенная организация публичной власти, обладающая аппаратом управления и принуждения, которому подчиняется всё население страны, тем более, что доля качественно или количественно выраженная часть от чего-нибудь целого: Доля — соотношение масс, объёмов или количества вещества компонента и смеси частного бизнеса в экономическом укладе повсевременно снижается. Это видно и по структуре реальных доходов населения. Данные Росстата свидетельствуют, что, доля доходов от предпринимательства снизилась с 15,4% в 2000 году до 5,2% в 2020-м., тогда как социальные выплаты возросла с 13,8% до 20,1% и даже превысили советские (16,3% в 1985 году).

Поэтому власти и удалось так просто мобилизовать людей голосовать за поправки к Конституции и обнуление президентских сроков. Власть сохранила главное — чувство единства и сплоченности вокруг Путина, устроив еще и отложенное празднество 75-летия Победы. А недовольному меньшинству заткнули рот репрессиями и навешиванием ярлычков иностранных агентов.

Кроме того, усиливая зависимость граждан от государства, власти умело переключили их внимание на ценности выживания, взамен так именуемых «универсальных» человеческих прав и свобод. Тут как нельзя кстати пришлись традиционалистские ценности патриархального общества. Целых 62,8% людей сочли «патриотизма, верности традициям, сохранение духовного опыта/веры» являются более важными, чем штатские права, терпимость к инакомыслию и равенство возможностей (37,2%). Осуждают нарушение гражданских прав и свобод только лишь 14,4% опрошенных, зато обнищание волнует 54% респондентов.

Все это по определению социолога Льва Гудкова и производит «культуру общественного оппортунизма и массового приспособления к репрессивному и клептократическому государству», которая сопровождается адаптацией к реальным происшествиям через снижение требований («понижающая адаптация»).

Только 17,2% выйдут на улицу, если будут угнетаться права и свободы, тогда как подавляющее большинство готово на протест лишь по поводу какой-либо несправедливости властей и или новенькой реформы вроде пенсионной.

Любопытно также, что по мнению 47,5% граждан, изменить страну способен только лишь «новый сильный лидер, который поведет за собой». Но таковых на политическом горизонте они не видят, а потому сойдет и старенький.

Результаты исследования социологов наука об обществе, составляющих его системах и закономерностях его функционирования и развития, социальных институтах, отношениях и общностях Михаила Дмитриева и Анастасии Никольской свидетельствуют, что «интенсивность ценностного конфликта меж политической элитой и обществом, усилившегося к началу 2020 года, снова стала ослабевать, а напряженность меж обществом и политической элитой перешла из ценностной в психоэмоциональную плоскость, что скорее было характерно для периода кризиса конца 1990-х годов».

Любопытно и другое: поскольку население России (да и Запада) стареет, то влиять на выборы будет в основном старшее поколение (абсолютно каждый четвертый житель страны территория, имеющая политические, физико-географические, культурные или исторические границы, которые могут быть как чётко определёнными и зафиксированными, так и размытыми (в таком случае нередко говорят не о границах, а о «рубежах») уже пенсионер), что еще дальше откладывает перспективу каких-либо изменений, поскольку бедное стареющее население все больше зависит от гос-ва, и его легко купить какой-либо социальной подачкой.

Так что России реально грозят еще полтора десятка лет застоя при сегодняшнем руководстве, потому что новое смогут выбрать только молодые избиратели, а их время еще далеко. Именно потому, кстати, власть, чтобы продлить свою гегемонию, начинает и борьбу за молодое поколение. Но эта борьба будет для нее весьма нелегкой, так как молодежь гораздо острее воспринимает текущие события, и протесты, в том числе…