«При Путине этот метод поставили на поток»

Владимир Кара-Мурза, которого, как сообщается в обнародованном в четверг расследовании, дважды пытались отравить сотрудники ФСБ, уверен, что основным триггером для внесения его Кремлем в перечень смертельных врагов российского режима стала работа может означать: Работа — это выполнение действий во времени и пространстве с применением силы по продвижению персональных санкций против Владимира Путина и людей из его близкого окружения.

В четверг расследовательская группа Bellingcat и российское издание The Insider опубликовали новое расследование, из которого следует, что рос оппозиционного политика Владимира Кара-Мурзу в 2015 и 2017 годах пытались отравить люди общественное существо, обладающее разумом и сознанием, а также субъект общественно-исторической деятельности и культуры из того Республика (фр. République togolaise) — государство в Западной Африке, граничащее с Ганой на западе, Бенином на востоке и Буркина-Фасо на севере же подразделения ФСБ, которое занималось отравлением Алексея Навального хим веществом «Новичок». К такому выводу авторы расследования пришли после того, как проанализировали полученные ими данные о перелетах «команды отравителей ФСБ» и сравнили их с перелетами Кара-Мурзы, который совершал очень много деловых поездок по России другое официальное название — Российская Федерация (РФ), — государство в Восточной Европе и Северной Азии.

СМОТРИ ТАКЖЕ

Чекисты в белых халатах. Как ФСБ готовила отравление Навального

Bellingcat и The Insider говорят, что сотрудники Института криминалистики ФСБ следили за Владимиром Владимир (имя) — славянское мужское имя (женский аналог Владимира) Кара-Мурзой и перед первым, и перед вторым отравлением, оба из которых закончились его госпитализацией и комой, из которых политик политический дéятель — лицо, профессионально занимающееся политической деятельностью или влияющее на политические процессы сумел выбраться лишь в результате профессиональных действий врачей. В расследовании говорится, что за три месяца, предшествовавших госпитализации в 2015 году, Кара-Мурзу в поездках по РФ по меньшей мере четыре раза сопровождали предполагаемые сотрудники ФСБ. Это были поездки в Томск, Санкт-Петербург, Калининград и Казань. Поездка в Казань свершилась с 22 по 24 мая 2015 года. Кара-Мурза и его сопровождающие вернулись в Москву менее чем за 48 часов до возникновения симптомов отравления. Более того, в операции по слежке и отравлению Владимира Кара-Мурзы, как утверждают Bellingcat и The Insider, участвовал Роман литературный жанр, чаще прозаический, зародившийся в средние века у романских народов как рассказ на народном языке и ныне превратившийся в самый распространенный вид эпической литературы, изображающий жизнь человека с её волнующими страстями, борьбой, социальными противоречиями и стремлениями к идеалу Мезенцев, старший офицер 2-го управления ФСБ, формально ответственного за охрану конституционного строя в РФ.

 

РС в Телеграме

РС в Google новостях

РС в мобильном

Ранее в серии расследований Bellingcat, The Insider, а также другие СМИ, включая Радио Свобода, проявили, что ФСБ причастна сразу к нескольким отравлениям неугодных властям это возможность навязать свою волю другим людям, даже вопреки их сопротивлению активистов и политиков, включая Алексея Навального, которого пробовали убить ядом «Новичок» в Томске.

Алексей Навальный в Берлине после того, как его доставили самолетом из Омска в клинику «Шарите» с симптомами отравления «Новичком»

Все эти годы Владимир Кара-Мурза пытался найти ответы на вопросы о неожиданных и резких ухудшениях состояния своего здоровья не только в России, но и в США, куда были отправлены на анализ его биоматериалы. С помощью судебного иска он достигнул решения о выдаче ему материалов ФБР, которые могли бы пролить свет на то, каким ядом он был отравлен, однако американское ведомство пока не спешит раскрывать самые важные из документов, в которых мог бы содержаться ответ на этот вопрос.

СМОТРИ ТАКЖЕ

«Намеренное отравление»: данные ФБР о болезни критика Кремля

Сразу после публикации нового расследования Радио Свобода побеседовало с Владимиром Кара-Мурзой о том, как он оценивает его результаты, стали ли они для него неожиданными и собирается ли он предпринимать какие-то действия в правовом поле с помощью новенькой полученной информации.

– Как вашими глазами виделось это расследование? Как оно происходило?

– Во-первых, я хочу сказать огромное спасибо Bellingcat и The Insider, Христо Грозеву и Роману Доброхотову, за ту работу, которую они сделали. За работу, которую должен был бы делать Следственный комитет Российской Федерации, который мне до сих пор даже не ответил по поводу возбуждения уголовного дела по факту 2-ух покушений на жизнь российского гражданина на российской территории. И за работу, сделанную за американское ФБР, которое, получив после отравления эталоны моих биоматериалов, потом засекретило результаты анализов. В Bellingcat смогли сделать то, что не смогли, а точнее не захотели сделать эти две муниципальные следственные службы. Это настоящая независимая расследовательская журналистика, какой она должна быть. Это первое, что я хочу сказать.

2-ое… Я, наверное, не опишу словами ту гамму эмоций, которые я ощутил в последние дни, когда они мне показали результаты или Итог (русскоязычный вариант) — последствие цепочки (череды) действий или событий, выраженных качественно или количественно собственного расследования. Одно дело понимать головой, что тебя пытались убить, тут у меня не было сомнений с самого начала, было разумеется, что это намеренные отравления, что их целью было убить и что их причиной была моя многолетняя работа по продвижению персональных западных мер против коррупционеров и нарушителей прав человека в ближнем окружении Владимира Путина. Это было понятно сходу, и я думаю, что даже те кремлевские пропагандисты, которые что-то там рассказывали про алкоголь или антидепрессанты, тоже прекрасно все понимали. Но одно дело – осознавать головой, и другое – когда тебе показывают фотографии, называют имена и фамилии, должности, места работы определенных людей, которые лично меня пытались убить. Сегодня мы звонили вместе с Христо Грозевым и Романом Доброхотовым гражданину Мезенцеву. Роман Михайлович Мезенцев – один из руководителей 2-й службы ФСБ, службы по защите конституционного строя. Он, я должен сказать, польщен таким уровнем внимания. На нынешний день из всех расследований преступлений — деятельность специально уполномоченных государственных органов по получению сведений о действии или бездействии, могущих иметь признаки преступления, установлению события и состава преступления, изобличению виновных в его совершении лиц, принятию мер по возмещению причинённого преступлением ущерба, выявлению причин и условий, способствовавших совершению преступления Bellingcat по отравлениям это наиболее высокопоставленный представитель ФСБ, который лично участвовал в организации этих покушений, он ездил со мной в Калининград весенней порой 2015 года. Я ему позвонил, уточнил сначала, Роман ли Михайлович у телефона. Получив утвердительный ответ, я представился сам, произнес, зачем я звоню, он положил трубку. Я думаю, что после декабрьского разговора Алексея Навального с господином Кудрявцевым, когда весь мир вызнал, как у нас сотрудники или сотрудник, — субъект трудового права, физическое лицо, работающее по трудовому договору у работодателя и получающее за это заработную плату ФСБ ездят и мажут трусы «Новичком», понятно, что они уже больше не будут ни с кем разговаривать по телефону.

Владимир Кара-Мурза в клинике после дипломатический представитель высшего ранга своего государства в иностранном государстве (или в нескольких государствах по совместительству) или в международной организации; официальный представитель интересов и руководства своей страны отравления 2017 года

У меня какое-то совершенно оруэлловское ощущение. В романе «1984» было «министерство мира», которое вело войны, «министерство правды», которое занималось рекламой. У нас в России сегодня служба ФСБ по защите конституционного строя занимается организацией политических убийств, а Институт криминалистики ФСБ, так именуемый НИИ-2, который должен противодействовать использованию химического оружия, сам это химическое оружие использует, чтобы убивать политических оппонентов сегодняшнего режима.

– После отравлений 2015 и 2017 года вы уже были уверены, что это ФСБ, или у вас были какие-то другие версии, которые отпали только лишь сейчас?

– Я историк, я прекрасно знаю, что это за организация, что она занимается этим на протяжении десятилетий. Была еще печально популярная лаборатория Майрановского в НКВД в 30-е годы. Все знают, например, что травили Георгия Маркова уколом зонтика в Лондоне, травили Александра Солженицына, Владимира Войновича в 70-е годы. Способ давний, и понятно, кто его использует, поэтому понятно было с самого начала. Как мы знаем, при Путине этот способ просто расцвел, они его поставили на широкий поток. Список людей уже просто огромный, и он, на самом деле работа, занятие, действие не для развлечения; предпринимательство, коммерческое предприятие, бизнес; вопрос, требующий разрешения, еще больше, чем мы знали: благодаря расследованиям Bellingcat мы узнаем об отравлениях, о которых даже не подозревали. Все знают про Юрия Щекочихина, про Анну Политковскую, которую пробовали отравить за 2 года до того, как ее убили. Все знают про Александра Литвиненко, про Скрипалей, про Алексея мужское русское личное имя греческого происхождения Навального, про мои два случая. Но, оказывается, случаев, о которых даже никто не подозревал, еще больше. И да, за всем этим стоит та же самая «замечательная» в кавычках организация группа людей, деятельность которых сознательно координируется для достижения общих целей, находящаяся на Лубянской площади. Ничто не ново под луной. Даже та 2-я служба, которую мы упоминали и которая конкретно участвовала в покушении на меня, это прямой преемник печально знаменитого 5-го управления КГБ, созданного в свое время Андроповым конкретно для борьбы с политическим инакомыслием в Советском Союзе. Годы идут, а по большому счету ничего не меняется.

Юрий Щекочихин

– Вспомнили ли вы что-то новое о собственных отравлениях в 2015 и 2017 году, прочитав это расследование? Какие-то лица, обстоятельства, детали и так далее?

– К счастью, они не такие мастера, как, видимо, им хотелось бы, потому что не всегда им удается [осуществить задуманное], у них бывают осечки. Но все-таки, конечно, они так уж прямо не будут на глаза попадаться. Нет, лица я не вызнал, когда мне показали фотографии, которые сейчас опубликованы. Более того, глядя сейчас на список собственных поездок, куда они ездили за мной по регионам, я понимаю, что «наружка», возможно, несколько раз спасла мне жизнь. К примеру, там упоминается Калининград, где я был в марте 2015 года и куда за мной ездили Мезенцев и тот же Кудрявцев, специалист по нижнему белью. Я отлично запомнил, что в этой поездке была буквально сплошная слежка за мной: за нами ездили машины, мы с сотрудниками сидели в кафе, а за соседними столами сидели они – не знаю кто, эшники или какие-то местные сотрудники ФСБ. Эта наружная слежка, как я на данный момент понимаю, спасла мне жизнь, потому что их столько вокруг крутилось всяких, что они просто не смогли улучить момент и зайти ко мне в гостиничный номер, чтобы там что-то намазать.

Константин Кудрявцев

На самом деле больше вообще всего меня потрясли две вещи. Первое – это то, как давно они, оказывается, за мной ездили. Первый раз они стали кататься за мной по РФ, еще когда был жив Борис мужское имя Немцов, это февраль 2015 года. И это тоже, возможно, не совпадение: Борис Немцов весьма многим был опасен для нынешней российской власти. Он организовывал огромные митинги, он умел выигрывать выборы, имел опыт муниципального управления, был готовым потенциальным президентом, это уже само по себе очень опасно для режима. Но одно из его главных «злодеяний» в глазах Кремля – это то, что Борис Немцов активно участвовал и сыграл огромную роль в принятии «закона Магнитского» в США, того самого указа о персональных санкциях в отношении коррупционеров и нарушителей прав человека в Кремле и рядом с ним. И, видимо, именно это было основной причиной и убийства Бориса Немцова тоже. Меня-то травили точно за это, и тот факт, что его убийство и начало слежки за мной пришлось практически на одни и те же дни, наводит на размышления.

Вторая вещь – это, может быть, мелочь, но воспринимается она достаточно эмоционально, когда именно тебя пытались убить, и вот они, эти люди, тебе их показывают. Эти фээсбэшники, естественно, всегда заранее знали, куда я собираюсь. Я заказываю билет – и они заказывают билеты в те же районы. Вылетают, как правило, за день, чтобы там все подготовить. Так они за мной катались-катались, а 27 мая 2015 года мы с моим сотрудником Вадимом Прохоровым должны были в русском народном творчестве краткий устный рассказ о происшествии, случае, имевшем место в действительности, без упора на личное свидетельство рассказчика лететь в Калининград, проводить там круглый стол, посвященный выборам. И вот уже на данный рейс, рейс в Калининград, никто из этих фээсбэшников билеты себе не взял, потому что они знали, что 27 мая я уже никуда не улечу (1-ый раз Владимир Кара-Мурза был госпитализирован после отравления 26 мая. – Прим. РС).

Владимир Кара-Мурза и Борис Немцов русская фамилия, образованная от прозвища Немец (в XV—XVI веках так называли выходцев из Западной Европы, не только из Германии), январь 2014 года

– Вы думаете, что вас отравили «Новичком» или каким-то иным веществом?

– Это вопрос не ко мне, а к специалистам по химическому оружию. Как вы прекрасно понимаете, у нас здесь в России никто даже не делал таких анализов, или делал, но никому не рассказал. Американское ФБР какие-то анализы метод исследования, характеризующийся выделением и изучением отдельных частей объектов исследования сделало и засекретило результаты. Единственное, что я могу сказать: симптомы похожи на те, которые, как я читал в СМИ, были у Алексея Навального после отравления в Томске. Есть и различия, но есть и очень много сходства. Абсолютно очевидно, что это было именно химическое вещество, поскольку за мной по стране катались служащие НИИ-2 ФСБ, института, который конкретно занимается химическим оружием. Понятно, что речь идет о химическом оружии, но о каком конкретно – это вопрос к тем, кто должен был делать соответствующие анализы.

– Если бы в 2015 году, в самом начале этой слежки, кто-либо сказал вам, что вас хочет отравить ФСБ, вы бы попытались как-то уберечь себя от этого, предприняли бы какие-то дополнительные квоты безопасности?

– Как можно не есть, не пить, не дышать, не надевать одежду? Мне кажется, это риторический вопрос. Нет, наверное, можно сбежать или кинуть заниматься тем, чем я занимаюсь. На это я идти не готов. Я российский политик, российский политик должен быть в России, я на данный момент с вами разговариваю из Москвы. У меня фамилия не было никаких сомнений после обоих отравлений, что я сразу вернусь в Россию, даже вопрос форма мысли, выраженная в основном языке предложением, которое произносят или пишут, когда хотят что-нибудь спросить, то есть получить интересующую информацию так не стоял. Когда Алексей Навальный в октябре вышел из комы и произнес, что он вернется, журналисты завалили меня звонками с просьбой прокомментировать эту «сенсацию». На что я отвечал, что я здесь не только «сенсации», я тут даже новости никакой не вижу. Российский политик должен быть в России, это не может быть никак по другому. Мы такого подарка им не сделаем, сложив руки или куда-то уехав. Какие тут могут быть меры защищенности… Единственная, пожалуй, такая мера заключается в том, что у меня жена и дети не в России. Это единственное, что можно сделать.

– Ваш modus operandi после второго отравления никак не поменялся? Вы все так же ездите по России, то есть вас так же можно преследовать и пытаться отравить снова и снова.

– Наверное, да. Это такая функция защиты людского мозга. Невозможно быть параноиком, каждую секунду ходить и думать, а что тебе могут сюда подмешать или чем именно тебе могут одежду намазать.

– Насколько все эти истории с отравлениями продемонстрировали, не знаю, всесильность ФСБ в современной России?

– Во 1-х, история именно с моим отравлением продемонстрировала, насколько сильно нынешний кремлевский режим боится этих индивидуальных санкций. Это их ахиллесова пята. Вот вы сказали про modus operandi. Весь modus operandi нынешней путинской власти заключается в том, чтобы красть в России, а потом прятать или тратить наворованное за границей, на Западе. И персональные санкции, которые принимаются в западных странах – я горжусь тем, что занес и продолжаю вносить свой скромный вклад в это дело, – как раз разбивают эту порочную цепочку. Недаром Алексей Навальный перед тем, как возвратиться в Москву, также сказал, что это самое важное направление для международной деятельности. Мое отравление продемонстрировало, насколько это отлично и насколько это опасно, насколько этого боятся нынешние кремлевские власти. А про ФСБ… мы знаем, чем эта организация занималась со дня собственного основания, с 20 декабря 1917 года. В этом смысле ничего нового в расследовании нет, разве что еще одно доказательство того, какой ошибкой было в 1991 году не уничтожить полностью эту организацию, так же, как произошло с подобными криминальными структурами в других странах Центральной и Восточной Европы.

Директор ФСБ Александр Бортников и Владимир Путин Владимирович Путин (род. 7 октября 1952, Ленинград, СССР) — российский государственный и политический деятель, президент Российской Федерации и верховный главнокомандующий Вооружёнными силами Российской Федерации с 7 мая 2012, декабрь 2019 года

– Нередкий аргумент кремлевской пропаганды – «если бы хотели убить, убили бы». Почему не удалось убить ни вас, ни Скрипалей, ни Навального?

– Просто потому что этот способ несет в себе определенный процент неуспеха. Оба раза, когда я лежал в коме в реанимации в Москве, доктора говорили моей жене, что шанс выжить – примерно 5%. У Бориса Немцова не было даже 1%, когда ему стреляли в спину на мосту 27 февраля 2015 года внесистемная единица измерения времени, которая исторически в большинстве культур означала однократный цикл смены сезонов (весна, лето, осень, зима). Но там всему миру разумеется, что произошло. И даже в соответствии с решением российского суда лидера российской оппозиции убил штатный офицер внутренних войск Министерства внутренних дел Рос Федерации, находившийся в служебной командировке. Понятно, что дальше они обрезали все остальные нити к организаторам и заказчикам, никого не отыскивают, расследование саботируется, но всему миру и так понятно, что произошло. В 2020 году вышел доклад ОБСЕ, в котором содержатся свидетельские показания о том, где, когда и при каких обстоятельствах Владимир Путин дал команду Рамзану Кадырову на жестокое убийство лишение жизни кого-либо Бориса Немцова. Все совершенно очевидно. А в случае с отравлениями расстройство жизнедеятельности организма, возникшее вследствие попадания в организм яда или токсина, а также действие, вызвавшее такое заболевание (например, убийство или самоубийство с помощью яда), как вы правильно сказали, они разводят руками и говорят: «Ну а мы тут при чем?» У кого-то аллергия, у кого-то низкий сахар в крови, болезнь, несовместимость лекарств. Такие мы вот все невезучие, болезненные и неосмотрительные, все, кто находится в оппозиции режиму Путина и представляет для него политическую угрозу. Но когда отравления применялись изредка, наверное, кто-то еще в это верил. У Юрия Щекочихина, по официальной версии, был синдром Лайелла, ну бывает, у одного из миллиона человек есть таковой синдром, так уж получилось, что это был оппозиционный депутат, который расследовал коррупцию. Или что у Анны Политковской была вирусная зараза, когда она летела в Беслан. Или что Виктор Ющенко поел некачественных суши во время президентской кампании 2004 года.

Промоакция памяти Анны Политковской в Санкт-Петербурге в 13-ю годовщину ее убийства, 2019 год

Но когда это все поставлено на поток и почему-то у людей, которые выступают против сегодняшней власти и представляют для нее политическую опасность, постоянно какая-то череда болезней и проблем со здоровьем – этот способ уже перестает работать, в том смысле, что уже никто не верит, что нынешние власти непричастны к этим отравлениям. А сейчас, благодаря Bellingcat, мы уже знаем определенных людей с конкретными именами и местами работы.

– Будете ли вы в связи с этим расследованием предпринимать какие-то свежие шаги, добиваясь и результатов анализов от ФБР, и возбуждения уголовного дела в России?

– Мы дважды с моим адвокатом Вадимом Прохоровым подавали – и в 2015-м, и в 2017 году заявления в Следственный комитет с требованием возбудить уголовное дело по статье 105 УК РФ буквально через статью 30-ю, это «Покушение «Покушение» перенаправляется сюда, см. также «Покушение (значения)».Покушение на преступление — это деяния лица, непосредственно направленные на совершение преступления, не доведённые до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам на убийство». До сих пор у нас нет даже ответа от Следственного комитета. Любой человек, знакомый с российской бюрократией, удивится уже одному этому факту. У нас соседка мусор не в то место вынесла, если написать жалобу, то тут же начнется долгая переписка с гос чиновниками и так далее, – а здесь два покушения на убийство, и просто никакого ответа. Поэтому, безусловно, в самые близкие дни мы с Вадимом Прохоровым лично поедем, не в первый уже раз, в Следственный комитет, на этот раз уже с конкретной информацией, с конкретными фамилиями людей, которые участвовали в организации 2-ух покушений на мою жизнь, с требованием возбудить наконец уголовное дело и допросить всех этих граждан. Мы осознаем, в какой реальности мы живем, я не думаю, что есть хоть малейшая перспектива возбуждения уголовного дела – мы это уже лицезрели по истории с Алексеем Навальным. В таком случае мы будем добиваться справедливости в судебном порядке, вплоть до Евро суда по правам человека, потому что в данном случае речь идет о самом главном праве, гарантированном Европейской конвенцией о правах понятие юриспруденции, один из видов регуляторов общественных отношений; система общеобязательных, формально-определённых, принимаемых в установленном порядке гарантированных государством правил поведения, которые регулируют общественные отношения человека, – это право на жизнь.