Россия погружается в стагфляцию, а чиновники уверены, что виновато овощеводство

На прошедшей неделе правительству РФ пришлось признать несостоятельность собственных прогнозов по инфляции. В прошлый четверг Минэкономразвития повысило официальный прогноз роста цен на 2021 год с 5,8 до 7,4%. «Около 90% (или 1,4 процентных пункта) отличия объясняется продовольственными ценами, еще 0,2 процентных пункта приходится на непродовольственные товары. Основные проблемы продовольственной инфляции — на стороне предложения», — разъясняет свое видение ситуации министр экономического развития Максим Решетников.

При этом глава Минфина Антон Силуанов уже узрел угрозу глобальной инфляционной волны, которая может сопровождаться сокращением предложения. На встрече министров денег и управляющих центробанками G20 Силуанов заявил о рисках развития стагфляционного сценария глобальной экономики. «Инфляция превосходит целевой показатель уже в 14 странах „двадцатки“, и во многих развитых странах масштабы инфляционного давления беспрецедентны», — сообщил Силуанов. Причиной, по мнению министра, является «применение стимулов, несоразмерных возможностям восстановления экономик». Гос чиновник также призвал коллег последовать примеру России, которая придерживается «траектории нормализации бюджетной и денежно-кредитной политики».

На самом деле в РФ один из самых высоких показателей инфляции в странах «большой двадцатки» и крайне низкие темпы экономического роста. Конечно захотят ли другие страны добровольно записаться в список стагнирующих экономик с падающими доходами населения — большой вопрос.

Пока Силуанов ведает иностранцам об угрозе стагфляции в их странах, российские экономисты уже объявили о начале стагнации на фоне ускоряющейся инфляции в самой РФ. «Общая оценка ситуации: начинается стагфляция. Волна восстановительного роста экономики завершается, в то время как спец уровень инфляции пока лишь повышается», — отмечается в новом отчете Центра макроэкономического анализа и короткосрочного анализа (ЦМАКП).

Проблема в том, что стагфляционная ловушка, раз сформировавшись, чрезвычайно сложна в преодолении: усиление жесткости кредитно-денежной политики скорее увеличивает торможение выпуска. А стимулирование спроса скорее ведет к усилению инфляции — тем более в условиях сформировавшихся негативных ожиданий.

На прошлой неделе стало понятно, что на РФ движется новенькая волна продовольственной инфляции. Один из признаков — неудача с попытками заморозить цены на курятину. В прошлом месяце Минсельхоз РФ заявил, что достиг договоренности с производителями о поддержании стабильных отпускных цен на тушку птицы до конца года. Присоединиться к этому соглашению обязаны были торговые сети и Минпромторг. Но этого пока так и не произошло. А оптовые цены на мясо птицы продолжили подъем с темпом более процента в неделю.

Оперативные замеры экономической динамики в РФ о переходе рос экономики от посткризисного подъема к стагнации: «стоят инвестиции и потребление населения; рост экспорта отмечается по ограниченному диапазону товаров… Налицо переход к стабилизации или даже корректирующему спаду», — говорят независимые ведущие экономисты. Так, в строительстве продолжается коррекция, и можно считать, что отрасль переходит от роста к стагнации. И неудивительно, ведь спрос россиян на ипотеку в сентябре свалился на 41,4%, сообщили в субботу в Национальном бюро кредитных историй. На снижение спроса повлияло увеличение себестоимости квадратного метра в стране.

Стагнация в России развивается на фоне притока сверхдоходов от экспорта сырья. Нефтегазовые доходы рос бюджета и внебюджетных фондов в 2021 году могут вырасти почти на 70% по сравнению с уровнем 2020 года, или на 50 млрд долл. на фоне больших цен на нефть и газ, подсчитали в международном рейтинговом агентстве Fitch.

Около 75–80% от общего роста доходов бюджета придется на экспорт нефти и нефтепродуктов. «Вклад газа, невзирая на взрывной рост цен на спотовом рынке, будет скромнее — около 20–25%», — говорят эксперты Fitch.

Правда, высочайшие цены на газ в Европе уже привели к отказу от покупки этого вида топлива: за первые две недели октября европейские промышленные предприятия уменьшили закупки природного газа на 12% по отношению к доковидному периоду. Отказ от природного газа — это новый тренд.