Кризис не закончился: Россия потеряла еще 12 месяцев

Кризис нe зaкoнчился: Рoссия пoтeрялa eщe 12 мeсяцeв

Пoкa eщe прeзидeнт Путин и прeмьeр-министр Дмитрий Мeдвeдeв гoвoрят, чтo рецессия в мировой экономике закончилась. «Завершился период рецессии, это разумеется, мы с вами лицезреем. За январь — ноябрь текущего года ВВП вырос, по оценке Минэкономразвития, на 1,4 процента. Хотя в IV квартале наметилось некое замедление роста, но вообще все-таки тренд тривиальный — вперед», — произнес глава страны на декабрьской встрече с представителями большого российского бизнеса.

Основной проблемой в конце года стал спад промпроизводства — на 3,6% в ноябре по отношению к ноябрю прошедшего года. В итоге за январь-ноябрь индустрия выросла вообще всего на 1,2%, докладывает Росстат.

Ожидания правительства по росту экономики в 2017 году на данный момент колеблются в районе 2% (за три квартала было 1,6%). Как гласил министр экономического совершенствования Максим Орешкин, «десятые — это вообщем не принципиально, 2,1 либо 1,9 — около 2-ух процентов». Председатель Банка РФ Эльвира Набиуллина считает, что рост составит 1,7-1,8%. Консенсус-прогноз «Интерфакса» — 1,6%.

В декабрьском бюллетене «Комментарии о регионе и бизнесе», коий готовит «Центр развития» НИУ ВШЭ, отмечается, что отскок от нижней точки кризиса длился недолго — вообще всего около года: с середины 2016-го до середины 2017 года. «После этого вектор макроэкономических характеристик развернулся — индексы как производства, так и внутреннего спроса застопорились. Броско, что новое ухудшение экономической динамики происходило на фоне фактически постоянного роста нефтяных цен», — сообщается в материалах.

Текущая ситуация гласит о «неготовности русской экономики к выходу из состояния стагнации и даже ставит вопросец о вероятной новейшей рецессии», резюмируют специалисты «Центра развития».

Ген.директор Центра макроэкономических исследовательских работ Сбербанка Юлия Цепляева считает, что Российская Федерация уверенно вышла из рецессии, но волнует то, что темпы восстановительного роста после этого кризиса отличаются в наименьшую сторону от восстановительного роста после прошедшего кризиса 2009 года.

Экономический рост станет в пределах 1,5%, считает ген.директор Института стратегического анализа ФБК Игорь Николаев. Это маленький коррекционный подъем после рецессии, и он «не значит, что кризис позади».

Основной вклад в рост экономики в этом году связан с увеличением цен на нефть, считает большинство профессионалов. По данным Минфина, средняя себестоимость барреля русской нефти Urals в январе-ноябре этого года составила $52,17, что на 27,2% больше чем за подобный период прошедшего года.

Отменная конъюнктура позволила Минфину уменьшить дефицит федерального бюджета и приобрести валюты на рынке с 7 февраля по 28 декабря 2017 года практически 830 млрд руб.

По словам министра денег Антона Силуанова, ведомство ждет дефицит федерального бюджета РФ в пределах 1,6% ВВП либо около 1,5 трлн рублей по итогам 2017 года. Министр выделил, что Минфин вначале закладывал в указ о бюджете прогнозный объем недостатка бюджета на уровне 2,5% ВВП.

Приток нефтедолларов, политика Банка РФ по поддержанию больших ставок в мировой экономике и действия Минфина по ограничению экономных расходов содействовали стабилизации курса рубля и понижению темпов инфляции.

Индекс потребительских цен, по подготовительной оценке Росстата, по итогам декабря 2017 года составил 2,5%. Это исторический минимум для РФ, и это, пожалуй, основное достижение денежных властей.

Глава «Роснано» Анатолий Чубайс в экспресс-интервью «Газете.Ru» называл низкую инфляцию «достижением исторического масштаба».

Такая инфляция, по воззрению многих экономистов, становится препятствием для экономического роста.

Как отмечалось в исследовании Аналитического кредитного рейтингового агентства (АКРА), стабильно низкая инфляция ограничит объективной возможности российских компаний использовать классические методы управления издержками.

Более остро на распорядок низкой инфляции отреагируют те отрасли, у коих цены на всех рынках сбыта спец.продукции сильнее связаны с общим инфляционным фоном — к примеру, инфраструктурные монополии и сектор услуг. Низкая инфляция включает риск и для нефинансовых кредиторов (энергетика, ЖКХ): практика списания неисправимых неплатежей станет дороже, добавляют специалисты.

«Низкая инфляция не даст вероятность компаниям, немалая часть издержек коих приходится на выплату зарплат, «лавировать», получая короткосрочную прибыль от сбыта продуктов по более высочайшим ценам при фактической «заморозке» зарплат. То конечно есть гипотетически урон от того, что не станет этой лазейки, понесет обрабатывающая индустрия: легкая, текстильная, пищевая», — считает заместитель ген.директора Института «Центр развития» НИУ ВШЭ Валерий Миронов.

Восполнить возникшие утраты компании могли бы более легкодоступным кредитованием, но, поскольку ЦБ медлительнее снижает главную ставку, чем падает инфляция, сделать они этого не сумеют, добавляет он.

«Именно в силу низкой инфляции я и не верю в вероятный рост экономики в последующем году выше 2%», — гласит экономист.

Как конечно уже отмечалось, Банк РФ добивался низкой инфляции за счет поддержания больших ставок в мировой экономике. Он снизил за текущий год главную ставку с 10% до 7,75% годичных, и сейчас ставка ЦБ в три с излишним раза превосходит уровень инфляции.

Понижению инфляции содействовала слабая потребительская активность (оборот розничной торговли вырос вообще всего на 0,8% за 11 месяцев). Минфин свел к минимуму индексации выплат из бюджета. При этом общий реальный рост зар. платы (плюс 3,2% за январь-ноябрь) не покрывает понижения поступлений доходов населения от других источников — предпринимательской деятельности, принадлежности и пр. В итоге за 11 месяцев реальные располагаемые доходы снизились на 1,4% и, разумеется, сократятся по итогам вообще всего года.

Таким образом, 2017-й станет четвертым попорядку годом падения доходов. За чертой бедности по-прежнему находится выше 20 млн россиян. Владимир Путин в последние месяцы уходящего года многовато говорил о необходимости борьбы с бедностью. На последующий год намечен мощный пакет мер — от выплат на первого малыша до увеличения зарплат бюджетникам и МРОТ.

Эти квоты стимулируют потребление и экономический рост. Но глобально ситуация в стране и мировой экономике не поменяется.

Стимулов для экономического роста, таких как понижение налогов, удешевление кредитов, правительство в уходящем году так и не сделало. Не была решена ни одна из основных проблем, кои ограничивают рост производства.

По данным Росстата, посреди факторов, ограничивающих, по воззрению руководителей компаний, рост производства, в добыче нужных ископаемых и обрабатывающих производствах преобладает неопределенность экономической обстановке, недостаточный спрос на спец.продукцию предприятий на внутреннем рынке и высочайший уровень налогообложения. Дальше идут нехватка денежных средств и высочайший процент по банковскому-кредиту.

Из-за больших ставок темпы роста кредитования нефинансовых учреждений в этом году остаются низкими — по итогам 11 месяцев они составили 3,2%, по данным ЦБ.

Налоговая нагрузка вырастает, вопреки заверениям бюрократов. Например, в последующем году появится три новейших платежа: пошлины на импорт станков и оборудования, утилизационный сбор (7%) на средства производства томного и энергетического машиностроения, вкладывательный сбор (25%) в морских портах. Станет также отменена льгота по налогу на движимое имущество.

Глава «Опоры России» Александр Калинин поведал, что вообще всего бизнесу в 2018 году придется доплатить около 150 млрд рублей из-за роста налоговой нагрузки. Управляющий РСПП Александр Шохин оценил рост нагрузки в 175 млрд руб.

Что касается неопределенности, то она не снята по той причине, что власти в этом году не стали обнародовать экономическую программку на близкие годы. Значительное большинство сложных реформ отложено на период после мартовских выборов президента.

Вот маленький список того, что просит принятия решения. Реформа пенсионной системы с возможным повышением пенсионного возраста; введение системы личного накопительного капитала, которая предназначена для формирования пенсионных скоплений граждан; реформа налоговой системы, предполагавшая понижение налогов на труд и увеличение НДС; либерализация трудового законодательства; переход к адресной системе социальной помощи населения и др.

Юлия Цепляева подчеркивает, что низкие темпы восстановления экономики демонстрируют, что «коренные и структурные видоизменения очень необходимы, чтобы двинуться вперед».

Об этом же повсевременно говорит Эльвира Набиуллина. Она отмечает, что сама по себе низкая инфляция не гарантирует резвый рост. Темпы роста смогут быть выше, «если будут определенные видоизменения, которые позволят снять так именуемые структурные ограничения в экономике».

«Но это, быстрее, уже совместная деятельность с правительством, правительственная ПО мер, нужных для увеличения темпов экономического роста, увеличения производительности труда», — подчеркивает глава Банка РФ.

Владимир Путин также осознает, что откладывать «непопулярные» решения конечно уже нельзя. Выступая в декабре на съезде «Единой России» он обратился «к тем, от кого зависит принятие определенных решений и в парламенте, и на местах».

«Определяя задачки развития, мы обязаны принимать своевременные решения, какими бы спорными они на момент их принятия ни казались. Надо отбросить вообще все, что мешает обновлению в РФ — у нас многовато всего накопилось, — что мешает опять ее сделать довольно молодой, перспективной и целеустремленной. Это вообще все должно быть вычленено и отброшено в сторону. Надо создавать такие инструменты, кои позволяли бы двигаться вперед», — произнес он.

Сумеет ли новое правительство откинуть все избыточное и создать массивные стимулы для движения вперед, станет понятно ближе к осени 2018 года.

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (19 оценок, среднее: 4,68 из 5)
Загрузка...

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован.

Подтвердите, что Вы не бот — выберите самый большой кружок:

Weboy