Сегодня: г.

Анатомия Совка. Очерк 1. Ватники в иммиграции

Facebooktwittergoogle_plusredditpinterestmail

Aнaтoмия Сoвкa. Oчeрк 1. Вaтники в иммигрaции

Для нaчaлa aнeкдoт, кoтoрый кaк нeльзя лучшe oтрaжaeт сущность этoй зaмeтки.

<pre>
Тюрeмнaя кaмeрa, у тeлeвизoрa двa рeцидивистa, смoтрят юбилeйный кoнцeрт Aллы Пугaчёвoй.  
Единственный говорит:  
— Прикинь, Пугачёвой конечно уже шестьдесят, а как смотрится? Как ей это удаётся?  
2-ой:  
— Чё как? Всю жизнь на воле, хавает строго центряк: сало, маргарин, пряники, тушенку…
</pre>

Я сам с этим вообще все время сталкиваюсь и повсевременно слышу со всех сторон недоумевающие возгласы. Как могли люди, бежавшие на Запад поначалу из СССР и позже и из РФ от этого самого совка, перевоплотится на этом Западе в самых преданных его поклонников и пропагандистов?

Почему самые экзальтированные крымнашисты и великодержавные имперцы — это бывшие русские и российские люди, бежавшие на Запад? Почему убежав из совка, они в настоящее время так упрямо тянут данный совок в свое теперешнее окружение?

На самом деле вообще все очень просто напросто. Садитесь в кружочек, я вам объясню!

Мудрейший сенатор Маккейн именовал Россию государством-бензоколонкой. Он был прав, но он ошибся. Прав в том смысле, что современная Российская Федерация никакая не «страна». А ошибся, приняв это новообразование за бензоколонку.

Бензоколонка — что? Бензоклонка, в отличие от РФ, вещь безвредная и полезная. Общего у нее с Россией разве только лишь то, что и Российская Федерация тоже ведет торговлю нефтепродуктами.

Но Российская Федерация не бензоколонка. Российская Федерация — это большой концлагерь.

Да-да, я знаю, Россию нередко сравнивают с концлагерем, ничего нового я не произнес.

Однако лично я — не сравниваю! Когда я говорю «концлагерь», я употребляю это слово не как эпитет, и не в переносном смысле. Российская Федерация, это вправду концентрационный лагерь, коий только маскируется под страну. У него нет ни людей, ни правительства. У него конечно есть только заключенные и лагерная администрация.

Да судите сами! Если вы живете в РФ, то как и всякий заключенный, всякий из вас может быть в всякий момент лишен принадлежности свободы и жизни. Просто напросто по прихоти лагерной администрации, без какой-либо вины с вашей стороны и без какого-либо повода.

Когда вы покупаете квартиру, дом, дачу разве у вас конечно есть какая-то уверенность, что это вправду ваше? Что завтра к вам не придут и не произнесут, что вы владеете этим не легитимно и не попросят дать? Или просто напросто не разломают, поэтому что ваша собственность кому-то мешает?

Разве из самых высокопоставленных уст не звучат открытым текстом заявления, что «Никто не вправе прикрываться бумажками о праве на собственность»?

Когда вы открываете бизнес, разве вы убеждены, что это ваш бизнес? Что у вас его завтра не «отожмут», что ваш ларек не снесут, просто напросто потому, что на этом месте нужно поставить ларек «более правильного человека»?

Вы сможете быть убеждены в своей защищенности, если вдруг случаем перешли дорогу какому-нибудь менту либо другому представителю лагерной администрации?

Что у вашего малыша, которого переехал на улице данный «представитель» не отыщут в крови гигантскую дозу спиртного? Что ваш родственник, которого на пешеходном переходе снес автотранспорт с мигалкой, не окажется «сам виноват»? И что вас не посадят за в один момент найденную наркоту, если вдруг вы решите добиваться правды?

Это разве вы сами решаете разрешено ли вам конечно есть пармезан либо турецкие помидоры? Либо это решает за вас лагерная администрация? Как и чему учить вашего малыша? Разве от вас зависит станет или нет оплачено исцеление вашего малыша, если не дай господь, он серьезно захворает? Разве вы будете решать получит либо нет обезболивание ваш страдающий от боли родитель?

И вы желаете уверить меня, что вообще все эти взаимоотношения — это взаимоотношения между правительством и людьми страны? Да нет же! Это — обычные отношения меж заключенными и лагерной администрацией!

И как в любом лагерном обществе в России существует своя неформальная иерархия. Только лишь в отличии от обыкновенной лагерной иерархии, она не ограничивается несколькими уровнями, типа петушки-мужики-козлы-воры. Русская лагерная иерархия намного поболее многопластовая и разветвленная, но сущность ее от этого не изменяется.

В этой неформальной лагерной иерархии, которая пронизывает вообще все российское общество, какой-нибудь шофер третьего зама младшего ассистента прокурора занимает несоизмеримо более высочайшее положение чем действительный член Академии Наук и нобелевский лауреат. В том смысле, что прокурорский шофер может просто переехать академика и ему за это ровненьким счетом ничего не станет. А вот академик даже слова поперек шоферу сказать не может.

Поэтому что шофер — это спецпредставитель лагерной администрации, а академик — всего лишь-навсего заточенный, пусть и на привигелированном положении.

И вот пространство в пищевой цепочке заключенного в Русском концлагере определяется конкретно положением в данной неформальной лагерно-блатной иерархии. Ни заработная плата, ни заглавие должности, ни владение собственностью не имеют ровно никакого значение на фоне данной лагерной иерархии.

Конкретно поэтому вся жизнь русского человека состоит из неизменного отстаивания собственного места в данной иерархи и каждодневных, ежеминутных стремлений показать окружающим, что пусть на мгновение, но вот прямо тут и сейчас в данной точки времени и места, он занимает в ней поболее высокое положение.

Вы сами этого не замечаете!

Эта самая демонстрация пространства в иерархии с самого момента рождения так вошла в жизнь всякого советского человека (я буду использовать термин «советский», а не «русский», так как этот типаж характерен не только лишь для РФ), стала так привычным и обыденным элементом ежедневной жизни, что человек даже не осознает, что может быть как-то по другому и не лицезреет в этом ничего такового.

Врач в больнице с чувством гордого ублажения откажет вам в приеме, если вы запоздали на 10 минут против времени, обозначенного в талоне. Не поэтому что он занят либо у него остальные пациенты, а поэтому, что у него появился формальный повод показать вам, что он «главнее».

Вы будете нестись к свежеоткрывшейся кассе гипермаркета распихивая локтями окружающих, не поэтому, что вы спешите, и вам принципиально сэкономить одну минутку времени. А поэтому, что оказавшись впереди всех, вы просто напросто окажетесь «круче» и тем самым как бы займете чуток более высшую иерархическую ступень.

Кассир же в том же гипермаркете высокомерно прочитает вам нотацию по поводу… да по хоть какому поводу, коий ему подвернется, чтоб показать, что вот прямо тут, в этот момент времени — он, как должностное лицо гипермаркета — выше вас.

Вы не будете пропускать скорую, которая повстречалась вам в узеньком переулке не поэтому, что ваша задачка воспрепятствовать ее проезду, а поэтому, что уступив кому-то дорогу, вы тем самым понизите в собственных собственных очах свою позицию в лагерной иерархии.

Вы будете «лечить» подрезавшего вас на дороге лихача, создавая аварийную обстановку, не поэтому, что тем самым рассчитываете поправить его, а только для того, чтоб показать ему, что его пространство в иерерахии — ниже вашего.

Русские люди практически никогда не извиняются и не признают собственных ошибок. Поэтому что оказаться неправым — западло! Признав ошибку, ты тем самым соглашаешься занять поболее низкое пространство в иерархии!

Русские люди не докладывают в полицию, когда кто-то из соседей нарушает указ. Не поэтому что они одобряют и поддерживают нарушение указа, а потому что «стучать» по лагерным понятиям — западло. Заключенные должны держаться коллективно и поддерживать друг-друга в противоборстве с лагерной администрацией. Если ты докладывает о нарушении указа соседом, то ты тем самым предаешь содружество заключенных и переходишь на сторону администрации, становишься «сукой».

И вот вы живете в этом лагере, и совершаете вообще все эти дурные и бессмысленные поступки совсем автоматически, не задумываясь об их сущности. Вся ваша жизнь, даже если вы того не понимаете, подчинена одной цели — обозначить пространство в лагерной иерархии и дать осознать окружающим, что вы — выше их по лагерному положению. Но, повторюсь, вы даже не понимаете этого. Не понимаете, потому что никогда не жили в обществе без схожей лагерной иерархии и даже не осознаете, что может быть по другому.

В западном мире тоже конечно есть много всяких иерархий: служебные, проф., корпоративные, семейные. Но там не существует таковой вот глобальной иерархии, которая пронизывала бы вообще все общество сверху до низу. Нет лагерной иерархии, поэтому что там не «концлагерь», а страна.

Там не «лагерная администрация» и «заключенные», а «правительство» и «граждане». И если вдруг правительство там вздумает решать разрешено ли конечно есть гражданам пармезан либо нет, то тогда… хотя нет, ничего не станет тогда, просто напросто потому что там никому даже в голову не придет такое, поэтому что это не заходит в функции правительства — определять рацион людей. В отличие от лагерной администрации.

Беда русского человека в том, что он, оказавшись на Западе, сохраняет тот же самый шаблон поведения, что и в совке. Он продолжает показывать окружающим свое пространство в лагерной иерархии. А иерархии-то и нет! Он показывает, а ее — нет! Он не осознает, что происходит. Он фактически даже не понимает, что показывает место в иерархии. Он просто напросто ведет себя так, как привык вести в совке. И получает в ответ реакцию окружающих, которая погружает его в смятение.

Русский человек кидается к освободившейся кассе в западном гипермаркете, а окружающие за место того, чтоб загораживать дорогу и отталкивать его, разлюбезно, с улыбками расступаются. Они фактически видят не то же самое, что лицезреют совки в РФ. Это в РФ публика, когда лицезреет, что кто-то пробует влезть без очереди, не пускает его, поэтому что западло, поэтому что тот, кто влез без очереди, на самом деле оттеснил тебя в иерархии. А обитатель Запада, и наоборот, видит, что человек спешит, а раз спешит, значит нужно пропустить! Полностью логичная реакция!

Русский же человек принимает это как слабость. Раз меня пропустили, — рассуждает он, — означает они, слабаки, означает уступают мне пространство в иерархии, означает надо закрепить фуррор. И он начинает его «закреплять» и вмиг получает по носу. Весьма болезненно получает!

Поэтому что «закрепляя успех», весьма легко перейти ту грань, которая отделяет «демонстрацию пространства в иерархии» от «нарушения чужих прав». И совок ее всегда перебегает. Он не осознает местных реалий и даже не пробует их осознать. И что такое «чужие права», он тоже, кстати, не осознает!

Но если западный человек не осознает, что такое «борьба за пространство в лагерной иерархии» по причине отсутствия такой в своем обществе, то вот как раз факт нарушения собственных прав он осознает очень отлично. А умение биться за собственные права он поглотил с молоком мамы, которая в свою очередь получила это умение от многих поколений свободных проотцов.

Вот несколько зарисовок с натуры, очевидцем которых мне довелось быть.

Некоторый крутой россиянин, приехав на берег моря позагорать, первым делом показал окружающим свое пространство в иерархии самым обычным и доступным ему методом — арендовал крутейшую тачку за четыреста евро в день. И поехал по данной тачке по местному хайвею.

Но скажите на милость, какой лох станет тащиться на спортивном автомобиле с какими-нибудь 100 двадцать км в час по таковой роскошной трассе? Только лишь ведь не разгонишься, блин! Местные на собственных колымагах так и путаются под ногами. И вот когда единственный из местных совершенно достал, никак не мог съехать к обочине, уступить дорогу, наш герой решил его мало «поучить» по российскому обычаю: опередит — и по тормозам перед носом! Отъедет вперед — и опять по тормозам. И весьма удивился, когда на съезде с хайвея его приняли полицейские.

Но что такое какие-то копы перед нашим крутым мальчуганом! Он-то понимает свое пространство в неформальной иерархии, оно у него, небось, намного выше, чем у нобелевского лауреата. Но к его удивлению попытка поставить зарвавшихся полицейских на пространство обернулась трехмесячной отсидкой в местном цугундере. Практически на берегу моря, только лишь не на пляже, а за решеткой.

А вот — другая история. Некоторый «советский человек» арендует апартаменты на берегу моря и въехав на новое пространство жительства, первым делом занимает самое наилучшее парковочное пространство в жилом спец.комплексе. Но у парковочного пространства есть владелец, земля под стоянкой — его собственность. И вот данный хозяин, заметив, что кто-то начал воспользоваться его землей, оставляет под дворником стекла обходительную записку, с просьбой парковаться в другом месте. «Советский» же человек принимает это как «наезд», и как попытку «опустить» его вниз по иерархической лестнице. И демонстративно порвав записку на маленькие клочки, рассыпает их здесь же и продолжает парковаться на чужой земле. Владелец, улучив минуту, когда русский человек только лишь припарковался, сам подходит к нему и пробует вежливо разъяснить, что здесь – его земля и он не давал разрешения здесь парковаться. И получает ответ:

— Ну ты же сам это пространство не используешь, означает оно свободно и здесь буду парковаться я. Поэтому что мне так комфортно!

Посмотрев, как владелец уходит несолоно хлебавши, русский человек порадовавшись, что так просто указал этому лоху его пространство в иерархии, идет домой, но практически через 10 минут, его покой нарушают полицейские, прибывшие составлять протокол о нелегальном вторжении в личные владения. Осознав, что визит полицейских опустил его в «местной лагерной иерархии» далее некуда, русский человек отчаливает к владельцу стоянки восстанавливать утраченные позиции, чтоб объяснить данной «суке», что стучать ментам западло и определенные пацаны так не поступают. И вновь приезжают полицейские, только лишь на данный раз после протокола следует визит в верховный суд и депортация.

Естественно, случаи с таким экстремальным финалом, как отсидка либо депортация — не часты. Обычно масштабы схваток, которые ведут совки на западе за свое пространство в несуществующей иерархии куда как помельче, и щелчки, кои они получают по носу далековато не так болезненны. Но постоянным остается одно. Совок пробует занять пространство в местной неформальной лагерной иерархии, и — обламывается! Пробует занять пространство, и — обламывается!

Он не осознает, что причина облома в том, что никакой лагерной иерархии здесь не существует. Он принимает каждый облом, как еще одно свое опускание в данной иерархии. И в конце концов, в какой-то момент чувствует себя на самом ее деньке.

Кругом бурлит жизнь, светит солнце, люди живут и радуются. Казалось бы, живи и разуйся коллективно с ними. А совок не может. Ему так и не посчастливилось опустить никого из окружающих на поболее низкую иерархическую планку. А это, в его осознании, может означать только лишь одно — это он спустился на самое дно!

И тогда ему (в его осознании) остается только лишь одно: примкнуть к какой-нибудь сильной стае. Чтоб если хотя бы не его личный, так статус его своры был поболее-менее высочайшим. Только вот в чем беда, здесь не только лишь нет лагерной иерархии, но и волчьи своры вроде как отсутствуют.

И тогда его взгляд обращается к покинутой родине. Да, он бежал из этого лагеря, но зато у него там был хоть может и не весьма высокий, но полностью понятный, не досадный статус. Вообще все же «мужиком» был, а не «петухом», как тут. И вона как Путина вообще все опасаются! Вона как Российская Федерация всех нагибает. Сирия! Крым наш! Означает Россия — крутая свора! А поскольку я российский, то означает член данной стаи!

Эй вы вокруг, слышите? Я совсем не местный «петух», как вы думаете! Я член крутой своры, уважайте меня! Ах, не уважаете? А вот придет Путин, он вам покажет! Эй, Вован, поставь-ка их на пространство!

Утрировано естественно, но я, живя на Западе, много раз следил этот процесс. И уверяю вас, в базе всего этого «крымнашизма» посреди людей, уехавших на Запад лежит только лишь продемонстрировать откружающим свою принадлежность к «сильной стае» и ничего поболее.

Не дальше, как в прошедшие выходные был очевидцем сцены, как единственный бывший русский экспат, а сейчас махровый эмигрантский ватник, стал в компании для себя подобных восторгаться «великим Путиным» и «Крымнашем». И вдруг его достаточно грубо поставили на пространство: «А ты-то к этому какое имеешь отношение, ты не гражданин РФ!».

Что просто означает: «Не примазывайся к нашей сильной стае, ты не ее член!»

Facebooktwittergoogle_plusredditpinterestmail
 
Статья прочитана 168 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

 

Здесь вы можете написать отзыв

* Текст комментария
* Обязательные для заполнения поля

Последние Твитты

Loading

Архивы

Наши партнеры

Новости Башкирии

Игры онлайн

Все игры

Играть в игры

    Читать нас

    Связаться с нами

    novostic@yandex.ru

    Регистрируясь либо нажимая кнопку «Комментировать» - "Отправить", я принимаю пользовательское соглашение (Политику конфиденциальности) этого сайта и подтверждаю, что ознакомлен и согласен с политикой конфиденциальности. Полное копирование материала разрешено только с рабочей активной ссылкой на сайт.