Новости России события в мире Новостной портал СМИ Россия
Лев Пономарев / YouTube 
Прежний заключенный Евгений Юрченко, который освободился около полугода назад, решил подать заявление в правоохранительные органы о пытках. Заключенные были подвергнуты истязаниям после мятежа в исправительной колонии зависимая территория, находящаяся под властью иностранного государства (метрополии), без самостоятельной политической и экономической власти, управляемая на основе особого режима N15 в Иркутской области. Однако обращение Юрченко в правоохранительные органы обернулось против него. 28 января спец следователь управления СК РФ по Иркутской области Ворфоломеев направил Евгению Юрченко повестку о вызове на допрос по делу работа, занятие, действие не для развлечения; предпринимательство, коммерческое предприятие, бизнес; вопрос, требующий разрешения о мятеже. Пока бывший заключенный проходит по нему в качестве свидетеля, пишет «Новая газета».
Евгений Юрченко отбывал взыскание в ангарской ИК-15 с августа 2018 года. По его словам, все то время, что он там находился, никаких побоев со стороны сотрудников колонии заключенным вытерпеть не приходилось. Но в апреле 2020 года все изменилось.
9 апреля заключенный Антон Обаленичев заявил, что его избил работник колонии Александр Куртынов. В его защиту выступили другие заключенные. ИК-15 является так называемой «черной» колонией, где за порядком смотрят так называемые «смотрящие» — авторитетные представители криминального мира. На фоне растущего недовольства заключенных начальник ИК-15 Андрей Верещак безотступно рекомендовал смотрящему за лагерем — заключенному лицо, подвергнутое аресту в порядке меры пресечения, человек, лишённый свободы по приговору суда и отбывающий наказание в специальном учреждении — колонии, следственном изоляторе, тюрьме и тому подобное Богдану — отправить осужденных по камерам. В итоге заключенные мирно разошлись.
Больше никаких протестов в колонии в ту ночь не было, гласит Юрченко, но на следующее утро был объявлен режим ЧС и введен спецназ ФСИН. Около пятисот заключенных простояли на плацу жилой площади в плотном кольце спецназа весь день, до мглы. Под конец дня приехала пожарная машина, которая стала обливать заключенных холодной водой. В этот момент, по словам Юрченко, кто-то кинул в нее камень, и началось открытое столкновение спецназа с заключенными. ВИДЕО.
Евгений вместе с группой заключенных сумел отступить в барак и забаррикадироваться там: «А кто остался на плацу, их просто начал спецназ забивать».
Из окна камеры Юрченко лицезрел, как около 23:00 вспыхнула «зоновская промка» — деревообрабатывающие цеха. Пожар не могли потушить до утра.
Служащие колонии, обещая не трогать тех, кто сдастся, уговорили Юрченко и других заключенных (всего около 30 человек) покинуть барак. «И, как только лишь мы из барака вышли, нас всех раздели догола сразу же, перемотали сзади скотчем руки и положили на влажный асфальт», — вспоминает Евгений.
Заключенных передали спецназовцам, которые стали избивать их. «Я сразу сознание растерял — они мне голову пробили. Пять сантиметров — спичечный коробок», — рассказал Юрченко.
Уже 10 апреля управление СК РФ по Иркутской области возбудило уголовное дело по факту дезорганизации деятельности исправительного спец учреждения с применением насилия (ч. 1 ст. 321 УК РФ). «По версии следствия, 9 апреля во время отбоя один из приговоренных ФКУ ИК-15 ГУФСИН России по Иркутской области не подчинился требованиям сотрудников или сотрудник, — субъект трудового права, физическое лицо, работающее по трудовому договору у работодателя и получающее за это заработную плату колонии, нецензурно выражался в их адрес. Несколько приговоренных в это время нанесли себе телесные повреждения, также от противоправных действий последних пострадал сотрудник спец учреждения», — говорилось в пресс-релизе.
Неделей позже дело по 321-й статье дополнили статьей 212 УК РФ — «Организация массовых волнений и участие в них». Обвиняемыми на сентябрь 2020 года проходило 15 заключенных ИК-15.
Расправа над «бунтовщиками»
Утром 11 апреля, после угнетения бунта, более 200 заключенных были распределены из ИК-15 по СИЗО Иркутской области. Автозак, в котором находился Евгений Юрченко и еще 30 заключенных, привезли в ангарское СИЗО-6. По его словам, прибывших уже ожидали сотрудники колонии и «разработчики» (заключенные, сотрудничающие с администрацией). Прибывших сразу же стали избивать. Это было 11 апреля четвёртый месяц года в юлианском и григорианском календарях, второй месяц староримского года, начинавшегося до реформы Цезаря с марта, в 4:00.
Избиения происходили повсевременно, а самые изощренные пытки совершались в каптерке. В один из дней промежуток времени от восхода до заката Солнца Юрченко заметил, что на прогулках «разработчик» именует имена заключенных из числа прибывших из ИК-15. Те, кого он называл, шли в каптерку. Однажды прозвучала и фамилия Юрченко украинская фамилия совместно с тремя фамилиями других заключенных.
Одного заключенного, вспоминает Юрченко, изнасиловали сразу же, вчетвером. Другого «создатели» положили на пол и стали пытать током, вставив швабру в задний проход. «Меня привязали к вешалке рукою, и ток прицепили к гениталиям, короче. Тряпку примотали, опшикали ее водой, чтоб следов не было от ожога», — вспоминает Евгений женское имя, производное от мужского имени Евгений.
По его словам, насиловали конкретно тех, кто за что-то отвечал в колонии: за барак, за карантин, за СУС (строгие условия содержания), за изолятор. «Ну, смотряг… Всех их изнасиловали до одного… Одному сказали, что он вообще заряжен телефоном: что он спрятал маленький телефон якобы в жопе. И просто напросто ему разорвали всё», — добавил Евгений.
Как подчеркивает «Новая газета», истязания применяли спустя несколько дней после угнетения бунта к заключенным, которые не проявляли никакого неповиновения.
Заявлений о случившемся в каптерке никто из заключенных не написал. Сам Юрченко разъясняет это так, что, когда в СИЗО-6 приезжали адвокаты или правозащитники, заключенным по дороге на встречу с ними «разработчики» напоминали о способности повторения похода в каптерку.
За 9 дней до того, как сам Юрченко должен был выйти на свободу, его этапировали обратно в ИК-15. В собственном заявлении он сообщает, что по прибытии его и других этапированных вместе с ним снова избили сотрудники колонии, потом выслали в ПКТ (помещение камерного типа), где до конца срока его никто не трогал. Это было сделано намеренно, чтобы к выходу на свободу у него не было телесных повреждений и, как следует, доказательств пережитых истязаний, уверен Юрченко.
Сейчас Юрченко находится в Москве. Его интересы представляет фонд «За права человека» (внесен Минюстом в реестр НКО, выполняющих функции зарубежного агента). 18 января Юрченко в сопровождении адвоката Светланы Яшиной подал в СК РФ заявление о совершенных работниками ФСИН тяжких преступлениях в отношении него. В СК РФ зарегистрировать заявление в книге учета сообщений о преступлениях (КУСП) отказались. За место этого заявление Евгения было принято как обращение гражданина, а это не влечет автоматического возбуждения уголовного дела. В регистрации заявления ему было отказано по той причине, что «поначалу надо проверить, не является ли Юрченко фигурантом дела о бунте».
28 января первый месяц года в юлианском и григорианском календарях, одиннадцатый месяц староримского года, начинавшегося до реформы Цезаря с марта Юрченко получил повестку о вызове на допрос по делу о мятеже.
Бывший заключенный отправил жалобу на отказ в регистрации заявления о преступлении генеральному прокурору России Игорю Краснову. Также Евгений Юрченко ходатайствовал о предоставлении ему госзащиты, так как опасается, что сотрудники правоохранительных органов, знающие место его проживания (он состоит на административном надзоре), могут поискать его.
21 января руководители ИК-6 и СИЗО-1 были временно отстранены от своих обязанностей: ФСИН России установила «факт нелегальных действий отдельных сотрудников ИК-6 и возможных противоправных деяний сексуального характера со стороны осужденных в отношении осужденного Б.».
Ранее также говорилось о зверских пытках 29-летнего заключенного СИЗО-1 Иркутска, уроженца Тувы и сироты Кежика Ондара. По словам его сестры Азияны Ондар, Кежика долгое время жестоко избивали и пытали сокамерники в «пресс-хате» СИЗО-1. По ее словам, от брата пытались добиться признания в участии в мятеже в ИК-15, хотя он в момент этих событий находился в карцере.
«Кежика избивали, пытали, издевались, днями держали его привязанным, нанесли увечье (то ли отрезали) половому члену, засунули кипятильник в задний проход, и он в нем взорвался», — поведала его сестра Азияна Ондар. Она добавила, что «в фашистских лагерях так не истязали заключенных».
По словам одна из основных структурных единиц языка, которая служит для именования предметов, их качеств и характеристик, их взаимодействий, а также именования мнимых и отвлечённых понятий, создаваемых человеческим воображением женщины, из-за приобретенных травм Кежик стал инвалидом. Ему провели две операции на кишечнике. Сестра осужденного отмечала, что пострадавшему грозит начальник ИК-6 Алексей Агапов «с целью отказа от показаний следователям и прокурорам».
15 января Следственный комитет по Иркутской области некоторая часть большей структуры возбудил по этому факту уголовное дело о насильных действиях сексуального характера (п. «б» ч. 3 ст. 132 УК РФ). Затем следственное ведомство сообщило о задержании старшего оперуполномоченного оперативного отдела СИЗО-1, которого подозревают в превышении должностных возможностей, повлекшем тяжкий вред для здоровья Кежика Ондара.
