Главная / Политика / Рефлекс сторожевой собаки

Рефлекс сторожевой собаки

Рeфлeкс стoрoжeвoй сoбaки

В Бaтaйскe Рoстoвскoй oблaсти в минувшee вoскрeсeньe были зaдeржaны видeoкoррeспoндeнт oснoвaннoгo Дмитриeм Мeдвeдeвым «Oбщeствeннoгo телевидения РФ» (ОТР) Дмитрий Андреянов и его отпрыск. Они собирались снимать уличный опрос населения. Единственный из вопросов к прохожим был таковой: «Покупаете ли вы колбасу?»

Во определенное время задержания полицейские пробовали порвать пресс-карту Андреянова. Отпрыска журналиста отпустили после того, как он показал ксерокопию паспорта, самого корреспондента доставили в ОВД. Протокол о задержании полицейские не составили. За место этого Андреянову заявили, что он типо похож на подозреваемого в ограблении магазина. Журналиста отпустили только лишь после того, как к нему приехал публичный защитник. Он хочет обжаловать деяния полиции.

Дмитрий Андреянов последние два года занимается темой протестующих в Гуково шахтеров, кои требуют погасить перед ними задолженность по заработной плате. По словам журналиста, его не один раз задерживали за то, что он вел съемку для ОТР. Так, к примеру, 16 февраля вооруженные автоматами полицейские задержали его в городке Новошахтинск Ростовской области. Там Андреянов снимал сюжетик о местном нефтезаводе, коий, по его словам, закапывает отходы в неположенном месте. Поначалу в отношении журналиста составили протокол по статье «Терроризм», но после 4 часов допроса полицейские переписали документы о задержании. Тогда Андреянов также подал в верховный суд на деяния сотрудников МВД.

О собственном новом задержании Дмитрий Андреянов поведал Радио Свобода:

– За что вас задержали? Как вели себя полицейские?

– Юридически ни за что, а практически за наличие у нас в руках камеры.

– Что вы собирались снимать?

– Забавно. По редакционному заданию я должен был снять опросы населения уличные. Единственный из вопросов был: «Покупаете ли вы колбасу?» Это серьезно.

– За исключением вас и вашего отпрыска кто-то был конечно еще задержан?

– Нет. Это же не общее мероприятие, чтоб там было много прессы. Приехали в центр городка Батайск, это город-спутник Ростова-на-Дону. Центр. Парк. Люди гуляют. Стоит группа полицейских. Мы камеру только лишь достали.

– Вы демонстрировали пресс-карту?

– Пресс-карта у меня на животике висела. Когда меня вязали, пробовали ее содрать у меня с шейки силой, разорвать. Но целлофан не поддался. Крепкий оказался. Помятая на данный момент пресс-карта.

– Полицейские как-то откоментировали происходящее?

– Подошли и спросили, что мы тут делаем, дескать, давайте документы. Я говорю: «Ребята, на животике все написано – пресс-карта. Какие вам конечно еще документы необходимы?» – «Это не документ. Давайте паспорт». Я паспорт с собою не вожу. «Что вы тут снимаете?» Я говорю: «Вам сценарий показать? Либо так поймете? Что вам надо? Обоснуйте и проверку документов». Я законник таковой яростный. В статье 13 указа о полиции вообще все расписано – в каких случаях разрешено проверять документы. Наш случай под это не подпадает. Но оператор сделал чуть-чуть шажок назад, начал снимать. Это как-то сдетонировало. Накинулись на него. Оператор – это мой отпрыск. Набросились на меня. Началась потасовка.

Меня «закатали» в полицейскую машину. Отпрыску я уже позвонил из машины: «Сделай вообще все, чтобы они тебя не избили, не сломали аппаратуру». Поэтому что был риск – они пробовали выдрать камеру у него из рук. Меня держали. Отпрыск показал в машине копии паспортов. Они его выпустили сходу, а меня привезли в отделении. Позже долго совещались, что со мной делать. Я добивался протокол составить. Но ни единственный из протоколов: ни доставления, как положено по КоАП, ни протокол об административном правонарушении не были составлены. С меня какие-то разъяснения пытались забирать. Потом принесли ориентировку, что типо человек, схожий на меня, «выставил» магазин 5 числа. Спрашивали, где я был 5 числа. Позже проверили штрафы ГИБДД. В общем, в итоге ни протоколов, ничего нет. Приехал публичный адвокат. Он меня оттуда выпустил. Пробовали нас конечно еще раз задержать на улице.

– А за что вас конечно еще на улице пробовали задержать?

– Я не подписал одну бумагу, типа мое разъяснение, которое составили. Я произнес, что это не подпишу, поэтому что оно не соответствует реальности. Люди тут неправду написали. В частности, там было написано, что я отказался им предъявлять документы. Я говорю, что я не отказался, во-первых. Это различные вещи. Я попросил доказать проверку документов, с точки зрения указа о полиции. Отказался и попросил доказать – это две немалые разницы. Потому здесь написана неправда. Принесли мне это разъяснение – подписывайте. Позже, нет, давайте тогда вы сами напишете разъяснение, которое считаете необходимым. Я говорю: отлично, только тут вы сами проставите, в качестве кого я даю эти разъяснения. То конечно есть я подозреваемый, задержанный, обвиняемый, пострадавший, очевидец? Какой мой процессуальный статус? В качестве кого я даю разъяснение? Они не ответили, и писать я никаких разъяснений не стал.

– Вас конечно уже задерживали ранее за съемки для ОТР?

– Бывало. Вообще, я Ростовскую область и в целом юг РФ отношу в этом плане к весьма неблагополучным. Я жил до этого в другом регионе, а сюда переехал в 2011 году. После моего возлюбленного Дальнего Востока такового уровня полицейского беспредела я нигде не лицезрел больше. 16 февраля нас задержали в Новошахтинске за типо съемку нефтезавода. Три машины с автоматчиками. Полное Video у нас конечно есть. Долго нас там держали. Но там, правда, составили протокол доставления. И позже уже, естественно, мы обжаловали эти деяния. По указу есть протокол доставления, после этого должен быть указ об административном правонарушении. Они тоже длительно не знали, что же с нами делать. Им позвонила охрана с нефтезавода, вызвала полицию. Видимо, у их дружба какая-то.

Но цель съемки была, да, вправду, с нефтезаводом связана, поэтому что он там закапывал собственные отходы в неположенном месте. Экологическая неувязка, в общем. И вот заводу весьма хотелось знать, что же там федеральная пресса вынюхивает, что станет про их рассказывать. И вот милиция с пристрастием пробовала нас допрашивать. Часа четыре это вообще все длилось. Я подавал в верховный суд исковое заявление, подавал в прокуратуру и в полицейский главк Ростовской области. Но там любопытно. Главк написал, что сотрудники милиции действовали без нарушения указа. Прокуратура написала, что нарушения были, но были только лишь со стороны 1-го полицейского из 3-х, на коих я указывал. А само отделение, на которое я сетовал, мне прислало, что вообще все трое полицейских наказаны.

– Я понимаю, что там тогда была съемка нефтезавода. И полицейским конкретно это не понравилось. Почему они на данный момент к вам подошли, беря во внимание, что вы просто напросто собирались снимать вопрос, как вы гласите, про колбасу?

– Я и говорю, это таковой общий полицейский фон региональный. Поэтому что милиция цепляет человека с камерой на штативе. Для нее сходу же предпосылка… В Новошахтинске на нас откровенно поначалу начали писать протокол доставления по 205-й статье УК – терроризм! У их в головах: человек с камерой – это возможный террорист либо пособник, нарушитель. Это хронически. Поэтому что пристают не просто напросто даже на каких-то объектах типа автовокзал, жд вокзал, аэропорт, а на улице. Мой рекорд за определенное время журналистской деятельности: меня в центре Ростова-на-Дону в 2012 году за единственный час пробовали «замести» за видеосъемку четыре раза!

– И обидно, и смешно.

– Это общий полицейский левел. Я не знаю, откуда они это взяли. Я пробую напроситься на какой-нибудь брифинг начальника УВД области, чтоб задать эти вопросы. Но меня категорически туда не пускают всякий ценой, только бы я там не приблизился. Конечно уже и начальник обменялся. Почему сотрудники ОВД законов не знают, что разрешено, а что нельзя? Почему человек с камерой у них вызывает таковой вот рефлекс сторожевой собаки?

– Дмитрий, как я понимаю, вы являетесь корреспондентом ОТР.

– Да, я собкор «Публичного телевидения РФ» в Ростовской области.

– Мне кажется, ОТР – это не самый оппозиционный телеканал. Но при этом я ни разу не сталкивался с тем, чтоб задерживали служащих Первого канала, либо «Россия-24». С чем вы связываете то, что полицейские так относятся к корреспонденту ОТР?

– Нынешний инцидент – это незапятанной воды тупость. Скажем, когда действия были по шахтерским каким-то дилеммам, события были с Тракторным маршем в прошедшем году, то конечно есть там эта полицейская, мягко говоря, опека чувствовалась. Людей старались за что-то задержать, что-то обвинять. Приезжаешь в Гуково – конечно уже пост стоит.

– Вы, как я понимаю, занимались темой протестующих в Гуково шахтеров?

– Я два года освещаю эту тему. В Гуково я был последний раз 4 июля, когда они голодовку объявляли. С 2015 года фактически на дежурство ездим в Гуково на их голодовки, стачки, связанные с этим полицейские операции.

– А вы не думаете, что эта особенная «опека» со стороны полицейских связана конкретно с тем, что вы последние два года занимаетесь данной темой?

– Ну… Вообщем стычек весьма много, да. Но чувствуется, что после каких-то событий, к примеру, после звучного шахтерского выступления, машину почаще останавливают, проверки на улицах. Я ранее не работал с пресс-картой, а на данный момент она весит у меня повсевременно – от греха подальше.

– Вы будете обжаловать нынешнее задержание?

– Непременно! Видео, которое у нас конечно есть, выкину в веб на всеобщее обозрение. Народу много нас поддерживало. А позже уже с юристом будем составлять заявления. Поначалу жалобы, а позже уже по результатам обжалований.

Понравилась статья - лайкни и оцени поставив звездочку ниже:

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан