России нужен образ будущего, даже если он довольно страшный

ДАННОЕ Уведомление (МАТЕРИАЛ) СОЗДАНО И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕНО ИНОСТРАННЫМ СРЕДСТВОМ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА, И (ИЛИ) Рос ЮРИДИЧЕСКИМ ЛИЦОМ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА.

Вновь вернусь к теме образа будущего. Какой может и должна быть Российская Федерация после произошедших событий? Позавчера президент Путин выступил с обращением, где много говорил о спецоперации и развязанной западом экономической войне. Беря во внимание сложившуюся терминологию, я бы назвал происходящее специальной экономической ситуацией, которую западный мир создал для России, применив к стране принципы культуры исключения.

Но четкого ответа quo vadis Путин так и не дал, одновременно заклеймив «пятой колонной» и национал-предателями любителей устриц и фуа-гра и пообещав сохранить рыночную экономику, отказавшись от сползания державы в военный коммунизм. Таким образом, уже вроде бы прозвучало историческое «ешь ананасы, рябчиков жуй!», но баритоны еще не запели «весь мир насилья мы разрушим!»

Понятно, что просто-напросто так взять да и вернуться в СССР сходу не получится. Там распределительная система множество элементов, находящихся в отношениях и связях друг с другом, которое образует определённую целостность, единство выстраивалась 70 лет, а мы живем в абсолютно западно-потребительской публичной модели. Поэтому качнуться влево можно только по сценарию Венесуэлы, чего не хотелось бы даже самым рьяным социалистам. При этом кинуться открывать новый бизнес в сложившихся условиях мало кто захочет, уж больно все нестабильно на уровне базовых ценностей. Фактически любая современная коммерция, а сегодня она немыслима без соцсетей и маркетплейсов, по сути своей является «западной системой», а означает интересы этого «класса устриц» вступают в конфликт с интересом «класса в классификации — группа предметов или явлений, обладающих общими признаками гречки».

Понятно, что речь в этом случае идет и о поколенческом разрыве. Более 40% избирателей в России — пенсионеры, а вместе с бюджетниками это 60 млн людей, т. е. почти половина страны. При этом находящаяся в меньшинстве молодежь в целом является сторонником западной системы ценностей, а 51% (как понятно) — и вовсе активными сторонниками. Объявляя сегодня их ценности вне закона, этих людей придется либо сломить и перевоспитать, либо выжать из страны. Тогда уже в самой ближайшей перспективе, если молодых, активных, думающих и имеющих свою позицию извести как класс, страна территория, имеющая политические, физико-географические, культурные или исторические границы, которые могут быть как чётко определёнными и зафиксированными, так и размытыми (в таком случае нередко говорят не о границах, а о «рубежах») будет обязана столкнуться с дефицитом «рабочих голов».

Пока этого не произошло, а на новом «философском пароходе» уехали немногие, вопрос в том, к чему готовиться тем, кто остался. В сегодняшней системе неопределенности они будут демотивированы делать что-либо, так как сам смысл их существования сегодня туманен. Если кто-то ожидает «новых 90-х» с их возможностями self-made, то они еще не наступили, так как сегодня государство гарантированно поддержит выживание среднего бизнеса, а не придорожные стартапы. Квоты правительства для стимулирования сферы IT никак не пропорциональны тому уровню изоляции, который сегодня может совсем добить этот сектор (если просто не на чем будет работать). Ну и в целом мы до сих пор даже не представляем всего того вороха заморочек, который все еще не свалился на нас, но обязательно свалится уже в ближайшие полгода.

Поэтому образ многозначное слово будущего нужен, даже если он достаточно страшный. Как писал Макс Фрай, в своих ранних книжках, «надежда — глупое чувство». Нет чувства более дурного, чем надежда, которое лишает нас не только воли, но и способности соображать. Однако России или Российская Федерация (РФ) — государство в Восточной Европе и Северной Азии, впервые за много лет, уже нужно бы начинать учиться этим заниматься, причем всем и без исключения.