Режим нерабочих дней в России: что думают о мерах Путина в Германии

Кто-то из германских наблюдателей обращает внимание на самоустранение Путина от управления страной в упадке, кто-то — на волну банкротств и рост безработицы без госпомощи. DW собрала представления.

После того, как режим нерабочих дней в РФ закончится, снова начать работу сумеют не все

Второй раз за неделю Владимир Путин обратился к гражданам страны. 2 апреля  глава русского государства объявил о продлении, как он выразился, «режима нерабочих дней» до 30 апреля включительно. Причина ввода новейших мер — число заболевших COVID-19 в России продолжает быстро расти, хотя пока относительно невелико, выше 4 тысяч подтвержденных случаев. Президент также потребовал сохранить за рабочими их заработную плату. За чей счет это можно осуществить, ведь многие предприятия приостановят свою работу, российский президент не уточнил.

В большинстве стран, окутанных эпидемией коронавируса SARS-CoV-2, карантинные меры сопровождаются масштабными программками государственной помощи пострадавшим предприятиям и гражданам. Отсутствие ясности о том, появится ли муниципальный пакет помощи в России (или Российская Федерация (РФ), — федеративное государство в Восточной Европе и Северной Азии) для компенсации потерь из-за борьбы с коронавирусом, вызывает у наблюдателей в Германии обеспокоенность за судьбу русского малого и среднего бизнеса. «Это больно ударит по бизнесу. Поступлений не будет, а расходы останутся», — гласит Янис Клуге (Janis Kluge), эксперт берлинского фонда «Наука и политика» (SWP).

В РФ вероятна волна банкротств и рост безработицы

У России невысокая внешняя задолженность и есть денежные резервы. Тем не менее больших возможностей у российского государства собрать большой антикризисный пакет помощи бизнесу Янис Клуге не видит: «Фонд государственного благосостояния для нынешнего кризиса слишком мал, его можно использовать только отчасти. К тому же в России пока нет функционирующего механизма распределения государственной помощи».

Янис Клуге

Последнее выступление Путина значит, что президент фактически переложил на бизнес огромную нагрузку, заметил в разговоре с DW исполнительный гендиректор Восточного комитета немецкой экономики Михаэль Хармс (Michael Harms).

Кремль, по его словам, обязал бизнес, «с одной стороны, уходить в отпуск на месяц, даже на полтора месяца, если считать майские праздники, и не создал никакой альтернативы и никакой поддержки, которая ориентировалась бы на немецкую модель сокращенного рабочего времени или предугадывала другие государственные субсидии», а с другой: «если уж ты обязываешь предприятия не работать, то правительство должно в какой-то мере все эти расходы компенсировать. Это, с моей точки зрения, основная проблема».

По мнению Клуге, волна банкротств, а также рост естественной безработицы в этих условиях неизбежны. Этому может способствовать и то, что ограничения полностью могут продлиться дольше названного срока. «30 апреля — это искусственно назначенная дата. Фактически и потом российские компании не смогут работать как обычно», — добавил эксперт SWP. Дело не в майских торжественных днях, а в риске новых вспышек инфекции, вакцины против которой нет и в близкие месяцы не появится, напомнил Клуге: «Бизнес, вероятно, сможет возвратиться к привычному режиму не раньше конца текущего года».

План Путина? Что задумываются о нем в ФРГ

Немецкие комментаторы обращают внимание на то, что в момент кризиса глава русского государства, по их мнению, все больше самоустраняется от антикризисного управления, предоставляя это делать иным. «По всему миру настал час сильной исполнительной власти, которая лимитирует свободы, чтобы противодействовать распространению вируса, но Путин (Владимирович Путин (род. 7 октября 1952, Ленинград, СССР) — российский государственный и политический деятель, действующий президент Российской Федерации и верховный главнокомандующий Вооружёнными) остается как как будто ни при чем. Словно кризис разыгрывается в мире, с которым его мир не имеет ничего общего», — написала журналистка газеты Die Zeit Алис Бота (Alice Bota) в материале, озаглавленном «Путин без плана». 

Михаэль Хармс

В данной связи немецкие наблюдатели обратили внимание на то, что большую долю ответственности в дуэли с пандемией коронавируса российский президент передал главам регионов. «Мне кажется, это не до конца обмысленное решение, потому что оно объявлено президентом, но в конечном итоге отдано на откуп губернаторам, как я это понимаю, — сказал Михаэль Хармс. — Пусть, мол, каждый решает, что в его районе является необходимым». В нынешней ситуации как раз нужно было бы принять единые правила, считает Хармс, которые можно было бы адаптировать к регионам: «Но четкого ориентира нет».

Германский бизнес (деятельность, направленная на систематическое получение прибыли) приспосабливается к новым российским реалиям

Михаэль Хармс также высказал опасение, что в сложившейся обстановке работающий в России бизнес, в том числе и немецкие компании, окажутся вне точного правового поля. Он назвал режим нерабочих дней «серой правовой зоной». «Фактически такого понятия «нерабочее время» нет ни в Трудовом кодексе РФ, ни вообще в русском законодательстве», — добавил исполнительный директор Восточного комитета немецкой экономики.

Значительное большинство из 900 немецких компаний, работающих в России, продолжают свою работу невзирая на эпидемию, ответили на запрос DW в Германо-Российской внешнеторговой палате (АНК). Многие служащие переведены на работу из дома, добавили там. Многие компании в самой Германии перевели собственных сотрудников в режим частичной занятости (Kurzarbeit), запросив государственную помощь (содействие кому-либо или чему-либо; действия или средства, облегчающие, упрощающие что-либо: Военная помощь — межгосударственная помощь для военных нужд, которая может состоять из финансовых). Уповают ли немецкие фирмы получить аналогичную помощь в России, как они собираются выплачивать заработную плату сотрудникам, которые не могут работать из дома, — на эти вопросы в AHK не ответили.