Упадок Американской империи

В 2004 году корреспондент Рон Саскинд процитировал советника Буша по Белому дому Карла Роува, который похвастался: «Теперь мы — империя, и когда мы действуем, мы создаём личную собственную реальность». Он отверг предположение Саскинда о том, что государственная политика должна корениться в «основанном на реальности обществе». «Мы действующие лица эпопеи», — сказал ему советник, — «и вам, всем вам, остаётся только изучать, что мы делаем». 16 лет спустя американские войны и военные злодеяния, начатые правительством Буша, распространили повсюду только хаос и насилие, и это эпохальное сочетание преступности и провалов прогнозируемо подорвало международную власть и авторитет США. Из центра империи отлично видно, что индустрия политического маркетинга, в которой служили Роув и его коллеги, наибольшего успеха достигла в разделении и контроле самих американцев, а не иракцев, русских и китайцев.

Ирония имперских претензий правительства Буша заключалась в том, что США были империей с самого собственного основания, и признание сотрудником Белого дома политического термина «империя» в 2004 году свидетельствовало не о зарождении или резком усилении империи монархическое государство во главе с императором или колониальная, либо международно значимая держава, опирающаяся в своей внутренней и внешней политике на военные сословия (организованную армию) и действующая в интересах военных сословий, а об окончательном вступлении империи на путь упадка и о её смертельной агонии. Американцы не постоянно игнорировали имперский характер амбиций своей страны. Джордж Вашингтон называл Нью-Йорк «местом империи», а личную военную кампанию против британских войск — «путём к империи». Жители Нью-Йорка с энтузиазмом восприняли имперскую характеристику собственного штата, что закрепилось в названии высотного дома Эмпайр-стейт-билдинг и в номерных знаках штата Нью-Йорк.

Территориальная американская экспансия за счёт захвата земель коренных народов, покупки Луизианы и аннексии Северной Мексики после американо-мексиканской войны сделала империю, которая превзошла империю Джорджа Вашингтона. Но эта имперская экспансия оказалась намного проблемнее, чем конечно думает большинство американцев в широком смысле житель Америки, в узком — США. 14 из 52 сенаторов США проголосовали против договора 1848 года внесистемная единица измерения времени, которая исторически в большинстве культур означала однократный цикл смены сезонов (весна, лето, осень, зима) об аннексии большей части Мексики, без которого американцы для странствования в Калифорнию, Аризону, Нью-Мексико, Техас, Неваду, Юту и Колорадо должны были бы пересекать мексиканскую границу. В период наивысшего расцвета Американской империи после 2-ой мировой войны, её правители овладели навыками, необходимыми для сохранения имперской власти это возможность навязать свою волю другим людям, даже вопреки их сопротивлению в пост-колониальном мире. Ни одна страна, борющаяся за независимость от Британии или Франции, не собиралась мириться с имперскими захватчиками из Америки. Потому американские правители разработали систему неоколониализма, с помощью которой они навязывали свою власть на большей части мира, кропотливо избегая употребления таких терминов как «империя» и «империализм», которые подрывали легитимность их пост-колониального режима.

Таким критикам, как президент Ганы Кваме Нкрума, пришлось серьёзно учить имперскую власть, которой богатые страны всё ещё владели в официально независимых пост-колониальных странах территория, имеющая политические, физико-географические, культурные или исторические границы, которые могут быть как чётко определёнными и зафиксированными, так и размытыми (в таком случае нередко говорят не о границах, а о «рубежах»). В своей книжке «Неоколониализм: Последняя стадия империализма» Нкрума описал неоколониализм как «худшую форму империализма». «Для тех, кто распространяет его, он значит власть без ответственности», — написал он, — «а для тех, кто страдает от него, он означает эксплуатацию без возмещения ущерба». Таким образом, после дипломатический представитель высшего ранга своего государства в иностранном государстве (или в нескольких государствах по совместительству) или в международной организации; официальный представитель интересов и руководства своей страны 2-ой мировой войны конфликт между политическими образованиями — государствами, племенами, политическими группировками и так далее, — происходящий на почве различных претензий, в форме вооружённого противоборства, военных (боевых) действий между их вооружёнными силами американцы росли в тщательно созданном невежестве по поводу самого факта существования Американской империи, а легенды для сокрытия этого создали плодородную почву для современных политических разногласий и упадка. Лозунги «Сделаем Америку опять великой» Трампа и «Восстановим американское лидерство» Байдена — это ностальгия по расцвету Американской империи.

Прошлые игрушки обвинения тех, кто потерял Китай, Вьетнам или Кубу, вернулись домой, чтобы искать тех, кто потерял Америку и кто сумеет восстановить её мифическое былое величие и лидерство. И хотя глобальное лидерство США привело к разрушению народа и экономики снутри собственной страны от простой пандемии, ни один партийный вождь не готов к реалистичному обсуждению методов перестройки державы в пост-империалистическую систему в современном многополярном мире. Каждая успешная империя расширяла, управляла и эксплуатировала необъятные территории с помощью комбинации экономической и военной силы. Даже Американская империя в своей неоколониальной фазе считала, что роль армии США и ЦРУ заключается в выбивании дверей, буквально через которые американские бизнесмены могли бы проникать на новые рынки.

Но теперь милитаризм и экономические интересы США противоречат друг другу. За исключением нескольких военнослужащих подрядчиков, американские компании не смогли закрепиться на руинах Ирака или других стран, пострадавших от современных американских войн. Буквально через 18 лет после американского вторжения крупнейшим торговым партнёром Ирака является Китай, партнёром Афганистана — Пакистан, Сомали — ОАЭ, Ливии — ЕС. За место открытия новых рынков для американского бизнеса или поддержки дипломатических позиций США в мире, американская военная автомашина превратилась в слона в глобальной посудной лавке, используя свою силу лишь для дестабилизации других государств и разрушения экономики, мешая развитию бизнеса и тратя ресурсы не на собственные реальные потребности, а на нанесение вреда международному статусу США в мире.

Когда президент Эйзенхауэр предупреждал об опасности «неоправданного влияния» военно-промышленного спецкомплекса США, он предсказывал именно такую смертельную дихотомию между реальными экономическими и социальными нуждами американского народа и интересами военной автомашины, которая тратит больше десяти других армий в мире, но не может победить в войне или в борьбе с вирусом, не говоря уж о повторном завоевании потерянной империи. Основными торговыми партнёрами большинства стран в мире или сокращение МИР могут означать являются Китай и ЕС. США всё ещё остаются региональной экономической державой, но даже в Южной Америке значительное большинство стран предпочитает торговать с Китаем. Американский милитаризм ускорил эту тенденцию, растратив наши ресурсы на орудие и войны, пока Китай государство в Восточной Азии и ЕС вкладывали деньги в мирное экономическое развитие и инфраструктуру XXI века.

Например, за 10 лет (с 2008 по 2018 год) Китай выстроил самую большую сеть высокоскоростных железных дорог в мире, Европа строит и расширяет свою скоростную сеть с 1990-х, а в США высокоскоростные железные дороги до сих пор остаются только в проектах. Китай вывел из бедности 800 млн. человек, в то время как в США спец уровень бедности почти не изменился за последние 50 лет, а детская бедность даже выросла. В США по-прежнему самая слабенькая система множество элементов, находящихся в отношениях и связях друг с другом, которое образует определённую целостность, единство социальной поддержки среди всех развитых стран, нет всеобщей системы здравоохранения, а неравенство в богатстве и власти из-за экстремального неолиберализма привело к тому, что половина американцев не имеет довольно сбережений для выживания в старости или в условиях экономических проблем.

Настойчивое требование наших вождей направлять 66% федеральных дискреционных расходов США на сохранение и расширение военной автомашины, которая давно лишилась всякой полезной роли в разваливающейся Американской империи — обременительная растрата ресурсов, которая грозит нашему будущему. Несколько десятилетий назад Мартин Лютер Кинг предупреждал нас, что «страна, которая год за годом продолжает растрачивать больше денег на военную оборону, чем на программы социального развития, приближается к духовной смерти». В то время как наше правительство спорит, можем ли мы «позволить» себе помощь от COVID, Зелёный Новый цикл и всеобщее здравоохранение, нам стоило бы признать, что наша единственная надежда превратить эту разваливающуюся империю в динамичную и процветающую пост-империалистическую страну заключается в очень быстром и радикальном сдвиге наших национальных приоритетов от неуместного и разрушительного милитаризма в сторону программ социального совершенствования, о которых говорил доктор Кинг.

Источник: The Decline and Fall of the American Empire, Medea Benjamin, Nicolas J.S. Davies, commondreams.org, February 03, 2021.